Форум » » Вне времени » the greatest place to meet new friends [FB] » Ответить

the greatest place to meet new friends [FB]

Storyteller: Время действия: 14 июля 2306 года Место действия: остров Орис, замок Сарнатос, темницы Описание эпизода: [quote]В темницах замка орисийского правителя в свое время томились тысячи несчастных душ - и большая их часть отбывала наказание ни за что. Достаточно было просто как-то не угодить Баррету - и несчастного ожидало заключение навеки. Кто-то умирал здесь от мук и страданий, кто-то сходил с ума - и не известно, что из подобных перспектив было хуже. Одно точно - ничего хорошего попавшим сюда жизнь не сулила, поэтому всякий, попавший сюда, тут же переставал надеяться на чудо. Пожалуй, единственным исключением из несметного числа заключенных был Хоулиан - сильфийский принц, который вот уже 325 год томится в заключении. Баррет вовсе не торопится убить Гел'Лерта - его жизнь представляет для короля цену. Любой бы на месте Хоулиана сложил бы руки и молил о смерти, однако сильф не терял надежды ни на минуту. Несколько дней назад угрюмое молчание темниц нарушил новоприбывший - парень явно буйный, ибо шуму от него поднялось немало. На этом поток гостей не закончился - в темницы были доставлены еще несколько новых жертв королевской четы. Кем бы они ни были, Гел'Лерт был рад их прибытию в темницу (хоть и звучит это очень эгоистично) - ведь от них сильф сможет узнать, что сейчас творится за пределами подземелья.[/quote] Участники эпизода: Houlian set Gel'Lert, Jarrod Roux, Tintagel, Somio, Augusta

Ответов - 5

Jarrod Roux: Руки в цепях. Они позвякивают при каждом его шаге. Два увальня ведут его под локти. Кажется, курносого с маленькими глазками зовут Саймон, а того, с пухлыми губами - Жан. Род пересекался с ними пару раз, когда был на службе, но будучи на гораздо высшей должности, нежели они, почти с ними не был знаком. И вот, своего командира, почти своего кумира и бога они ведут. Куда? В камеру. Этоль не потеха? Потеряй Джаррод рассудок и способность к здравомыслию, он бы, наверное, легко справился с ними обоими несмотря на то, что каждый на голову выше него. Нет. Жак на полторы. Роукс покорно плелся за своими стражами по коридору, опустив голову, словно поникший, потерявший веру в спасение солдат. Потерял он её? Конечно, нет. Но они все должны были так подумать, дабы это спасение все-таки пришло. В конце концов, такие надежды были и утешительными. Роукс и вправду мог бы сбежать прямо сейчас. Останавливало только то, что даже если он выберется из замка, убежит, закопается в канализации, его все равно отыщут и будут ходить за ним по пятам, пока он не состарится и не умрет. Нет, себя убить он не даст. Среди слуг Баррета не найдется кого-то, кто был бы лучше него. Верно, ведь он когда-то был личным телохранителем самого короля... Пока просто не взял и ушел. - Ребята, давайте нежнее, вы не мешок картошки волочите, - съязвил Роукс и ткнул правым локтем своего сопровождающего в бок. Тот резко выдохнул и тихонько застонал, но, ничего не ответив, продолжал спешно вести заключенного. На месте новой охраны Его Величества, Род бы давно уже этих щенков скормил крокодилам. Они ведь даже для такой простой работенки не годны! Парни продолжали толкать бывшего офицера по коридору, пока не дошли почти до самого тупика, где были только три камеры. Как показалось Роуксу поначалу, все они пустовали. - Занавески на окна мне полагаются?- скривив недовольную мину, крякнул он. Рядовые до сих пор молчали. С его рук сняли цепи. Они ему больше не пригодятся, он в принципе здесь не собирался задерживаться. Снова грубо попытались толкнуть, но Сильен сделал шаг вперед и Жак лишь воздух руками схватил. Юноша деловито зашел в одну из камер. Дверца за ним поспешно закрылась, щелкнул замок. Из коридора послышались поспешные шаги, все удаляющиеся и затихающие, пока их совсем не перестало слышно. - Придурки, - буркнул Род и плюхнулся на свою новую койку, что была крайне жесткой даже для его пятой точки, не представляю, как он на этом будет спать. Подобрав под себя замерзшие босые ноги, Сильен бездумно уставился на противоположную стену и, кажется, задремал....

Tintagel: День начинался как обычно. По крайней мере, солнышко было по-прежнему на небе, облачка все так же покорно ветру плыли по небу, даже тучек не предвиделось. И, к тому же, сегодня должно было произойти такое чудесное событие - ее наконец-то должны были вывести из ее темницы, что несказанно ее радовало. По началу дня. - Ваше Величество, вы не считаете, что это слишком грубо? - стремительно поднялась со своего места Тинтагель, удивленно высказывая свои мысли. Королева бросила на подчиненную взгляд, но девушка не сжалась под натиском могущественной колдуньи. Она твердо знала, за что борется. И за что боролась ее мать, наследие которой полукровка покорно приняла на свои хрупкие плечи. Лорелей замахнулась ладонью на служанку, которая подала не то кушанье. Тинтагель знала, что королева редко раздражается по таким поводам: вероятно, сегодня день не задался. Хм, ну как же иначе. Кто бы только сомневался, что королеву не возмутит очередной бунт народа! Вот только леди знала, что существа отказываются подчиняться неспроста. И она могла найти этому множество объяснений. Но королева бы ее не послушала. А на званом вечере выступить было самое то - тут много свидетелей, к примеру, ее отец (который наверняка уже покраснел и готов был окунуть голову в суп) или ее дальняя кузина, которая никогда не выступала против политики Баррета, но и не говорила ничего «за». В любом случае, все ее родственники были тут. Тинтагель не считала, что им достанется, королева не раз заставала молодую женщину за такими речами, когда ее никто не поддерживал. Она понимала, что леди делает все сама. - Тинтагель, я не ослышалась, ты что-то сказала? - проговорила Лорелей, а Тинтагель резко ответила: - Да, мадам. Я полагаю, вам нет нужды в насилии. Девочка ошиблась, но нее ее вина, что ей в руки дали не то блюдо. Если уж и наказывать кого-то, то кухарок, но никак не эту малышку. Разумеется, ей досталось. Ее тут же схватила стража, одела эти симпатичные цепи и потащила в темницу. Ее печального отца послали передать Тинтагель вслед за ней, что «завтра, через три часа после полудня ее отпустят». Русоволосая в ответ пожала плечами - равнодушно, как и следовало сделать. Но даже спустя какое-то время буря в ее душе не унялась. Полукровка мало беспокоилась, что ее заперли (это была обычная процедура для непокорных, а она еще хорошо отделалась), скорее, ее волновало, что сделали с той служанкой. Или кухарками. Она долго не могла заснуть, и наутро ее разбудил чей-то чужой голос. Тинтагель некоторое время отказывалась открывать глаза, а когда все-таки сделала над собой усилие, девушка заметила, что солнце уже достигло нужного места, чтобы определить, что уже полдень. Значит, совсем скоро ее выпустят. В соседнюю темницу бросили мужчину, который выглядел немного старше ее самой. Тин размяла руки, на которых уже появились кровоподтеки от металлических оков. Русоволосая внимательно посмотрела на него, но из тени не вышла: она нашла себе уютный уголок на соломе. Ей показалось, словно она его знает, но в данном плане она решила умолчать. Она слегка ухмыльнулась, когда он бросил ругательство вслед стражникам, а сама сказала: - Ты, случайно, не из лидеров недавнего восстания в городе? Ты точно не из замка, я бы тебя узнала. И точно не из простачков, тебя бы просто убили. - она с трудом поднялась и подошла к клетке со слегка заинтересованной миной на уставшем лице, - Я Тинтагель. Меня посадили из-за одного недоразумения… как бы там ни было, я скоро выйду. - она вновь взглянула на окошко, но теперь другой камеры. Тут же она заметила еще одного человека: бледнолицего юношу, казалось бы, даже младше нее. А он-то как сюда попал? И как она прошла вчера мимо него? Девушка осмотрела и его, а потом устало оперлась на каменную стену.

Houlian set Gel'Lert: Каким образом сильф в предыдущий день пропустил появление соседки по камере, учитывая, что никаких стен, кроме решёток, между тремя отсеками «вип-темницы» не было, для него и самого было некоторой загадкой… Скорее всего, когда её привели он просто уже спал. Да и не известно, заметил ли бы он её появление в принципе, если бы не довольно громкий шум сначала в коридоре, а потом прямо у камеры, который просто не мог не привлечь к себе внимания и не заставить Хоулиана оторвать глаза от книги, в которую он с самого утра и уткнулся… Право на книги из местной библиотеки, приносимые придворным магом, Гел’Лерт отвоевал долгими заверениями охраны на тему того, что он умрёт тут от скуки, если ему ещё и читать будет нечего… ну врождённая артистичность, разумеется, не помешала. Когда королю доложили, что жизнь столь важного заложника висит на волоске только из-за каких-то книжек, как бы тому не было противно идти на уступки, сделать это пришлось и, как результат, раз в неделю или две сюда спускался кто-нибудь нагруженный фолиантами из библиотеки. Но вот сейчас, судя по шуму, это явно был не носитель литературы, потому как они крайне редко брякают доспехами… Ну и крайне редко ходят по несколько человек. Как оказалось, шум был вызван появлением в соседней камере нового соседа, но тот, оставшись один, сразу же пристроился на койку и к окружающему пространству никакого интереса не проявил, так что, Хоулиан хотел было уже снова уткнуться в книгу, как услышал «откуда ни возьмись» женский голос, обращающийся к новоприбывшему… «Откуда она здесь?» - пронеслась в голове быстрая мысль, которой, впрочем, сильф большой значимости не придал, так как куда важнее было сказанное этой девушкой. - Восстание в городе? – глаза у заключённого заинтересованно сверкнули, уставившись уже куда пристальней на новых соседей, - Кто на этот раз? Снова Независимые или кто-то новый? – новости извне добирались сюда, в нижний ярус тюрьмы, крайне редко, так что малейшая крупица, касающаяся хоть какой-то оппозиции Барретту интересовала его более чем что бы то ни было другое.

Somio: Сомио был не самым везучих ребят. Нет, конечно, он старался сделать вид, что это не его плохая карма виновата во всём, но с каждым днём он убеждался в своей беде всё больше. В частности, даже добившись кое-какой удачи в проникновении в замок Баретта, желая закрепить результат, глупый Аэнье сунулся к покоям злого короля и был пойман за сожжением оных. Если честно, просто спалить всё и разом не было задумкой рыжего, но он и продумать-то ничего не успел, поскольку не ожидал удачи и на первых этапах, а значит не думал, что придётся ещё как-то развлекать и отвлекать охрану замка. Короче говоря, стратег из него тоже был никудышный. Да нет, не стратег – из него вообще любое более или менее вменяемое существо получалось с довольно сильной натяжкой. Но, если честно, Сом не хотел признавать и этих своих черт. Аэнье был практически уверен, что он во-первых, царь и бог, а во-вторых, просто молодец. Нет, конечно это ложь. Но так плохо о себе не думал даже сам Сомио. До сегодняшнего дня. - Эй, ребят, я конечно очень очарователен и нравлюсь вам безмерно, но это не причина тащить меня куда попало – Сомио нёс бред и идиотничал как на духу, отчего-то даже не прекращая лыбиться. Наверное, образ горящих покоев неприятного короля настолько хорошо застрял в сознании рыжего, что ничто не могло перебить его, а он-то уж точно был абсолютно позитивным в понимании юного Аэнье. Впрочем, скорее всего, у него просто было не достаточно мозга, или понимания, чтобы понимать, что пришло время бояться. А время-то как раз пришло, а значит уже близко было непосредственное заключение. Это не навсегда – думал Сомио, потихоньку отходя от шока и эйфории и ощущая явное неудобство и даже боль. К счастью, стражники были просто душки и не стали даже реагировать на замечание рыжего, хотя он был бы не удивлён, если бы получил удар в самые его аэньские рёбрышки. Однако, удар судьбы пришёлся на голову и об пол в темнице. - А вот это уже подло – могли бы меня хотя бы не пачкать – на прощание отозвался юнец, потирая затёкшие и болевшие довольно сильно конечности, что логично, друг другом. Оглядевшись понемногу, Сомио пришёл к выводу, что за время того, как он покинул своих близких, это не самое худшее место пребывание, хотя и далеко не лучшее. Просто среднестатистическая точка с целью пожить, ну или не-пожить. - Ну что, есть кто дома? – приваливаясь к стенке и проверяя удар на наличие в нём кровяной основы, спросил Сомио весьма спокойно, не слишком надеясь, что ему ответит кто-нибудь кроме его галлюцинаций и раньше чем через несколько лет.

Augusta: Как давно Августа была в темницах? Не первый день это точно, понадеемся лишь, что лишь первую неделю. В этих безобразных стенах Эви, казалось, погибала на глазах. Без солнечного света и глотка чистого воздуха, она пряталась в самом тёмном углу, будто думая, что охранники вдруг о ней забудут, потеряют бдительность, и она просто выйдет отсюда как невидимка. Но нет. Мучения продолжались. Её взяли за то, .. что она рыжая? Конечно, Августа давно рыпалась на власть, с самых своих первых дней пребывания здесь, но в тот день Августа не сделала ничего плохого. Просто шла по городу, без особых целей, и её подхватили стражники, будто давно поджидали. Может она у этих стражей в чёрном списке давно и для них это редкостная удача схватить рыжую бестию? Ну, значит, как только она сбежит отсюда, предупредит независимых о том, что дорога в город прикрыта. Хотя скорее это одна из тех «предосторожностей» короля – сажать всех, кто не внушает доверия, ведь стражники даже не знали её имени. В темницы то и дело приводили и уводили заключённых. Они не сильно-таки и бунтовали. Говорили парочку приятных стражам, которые их притащили и успокаивались. Эви не особо доверяла эти людям, она вообще, знаете ли, недоверчивая. Несмотря на то, что все эти дни Августа старалась ничего не делать, дабы лишний раз не обращать на себя взор стражников, а план побега всё-таки постаралась придумать. Рано или поздно к ней подсадят какого-нибудь провинившегося, а значит у неё появится возможность огреть стражу чем потяжелее, волосы поджечь для смеху и убежать. По крайней мере, Августра считала, что это неплохой план, но мы должны упомнить, что Эви глупейшая представительница своего рода. Так что у неё не было шансов самостоятельно попасть на свободу. Девушка никому не доверяла. Тому парню, который тихонько сидел напротив со вчерашнего дня, тому качку, которого притащили сегодня, девушке, явно одной из королевской знати… Все они были очень чужие и потенциально опасны. Но тут в темницы привели Рыжего. Настолько же Рыжего как и она сама. Аэнье так выворачивался в руках стражников и так улыбался, что Августа просто не могла просто сидеть на месте. Она подползла ближе и проследила куда же его посадили. Ну же, как же они не видят, как этот безобидный Рыжий может кому-то навредить, как он вообще попал сюда? Августа, конечно же, не мало саламандр видела в лагере, но среди независимых все аэнье были какие-то видоизмененные, даже она. В них не было столько природного начала, как у тех, которые до сих пор мирно скрывались в дальних лесах острова. А этот напоминал Августе её деревню, всех её жителей, за исключением одного, который имел особо ненавистное отношение со стороны Эви. - Ну что, есть кто дома? – Августа услышала, но отвечать не стала. Просто улыбнулась и села на место, всё ещё считая, что темницы не место для знакомств. Девушка вспомнила родные края. Не без доли радости, но основным чувством всё-таки было разочарование, которое не покидало её с тез самых пор, как она покинула дом. За этими мыслями она и заснула



полная версия страницы