Форум » » The Chronicles of the Kingdom, 2306 » Палуба. » Ответить

Палуба.

Storyteller:

Ответов - 32, стр: 1 2 3 All

Vesper : - Какое счастье, что меня выудили не первым. Веспер, сделай одолжение, не задуши его справедливое величество, он нам ещё живой пригодится… Кто это еще мог быть? Конечно он, Юстес Скрабб, - бука, каких Нарния прежде не видела. Но, надо признать, за время своего первого пребывания в Нарнии Юстес сильно изменился, причем в лучшую сторону, и бурчал он сейчас, конечно, не со зла, а скорее просто по привычке. Веспер улыбнулась поднявшейся с ним Джилл и самому мальчику, которого на борт подняли вслед за Эдмундом, но обнимать его также, как Эдмунда, она не рискнула - вряд ли ему это будет приятно, в отличие от Эда или например Люси, которую подняли сразу после Скрабба. Люси увидела Веспер даже быстрее, чем та опомнилась, и сама же заключила нимфу в объятия. Дриада звонко рассмеялась и обняла юную королеву в ответ: - Я тоже рада тебя видеть, Люси. Ты даже не представляешь, как я ждала вашего возращения. Как мы ждали, - поправила она себя, взглянув на оживившихся на борту нарнийцев. Конечно, они любили Люси не меньше нее, даже те, кому не довелось воочию увидеть маленькую королеву три года назад. Веспер перевела взгляд обратно на Люси и мягко улыбнулась ей: - Ты выросла, малышка Люси, - это действительно было так. Веспер прекрасно помнила Люси - в тот раз она была еще совсем ребенком, а сейчас перед ней стояла молодая леди. Однако это, несомненно, была их Люси - она позврослела, но душой все еще оставалась той же девочкой с добрыми глазами и чистым сердцем - той Люси, которую помнила и любила Веспер. Иной нарниец бы не позволил себе даже думать о королеве как о ребенке и тем более обращаться к ней на "ты", но Веспер не боялась... потому что для нее Люси и остальные Певенси были чем-то большим, чем просто древние правители, которых стоит почитать и уважать, которым стоит поклоняться... они были ее друзьями. Тем временем, на борт уже поднялись оставшиеся - королева Сьюзен и верховный король Нарнии, Питер. Веспер улыбнулась им - они были уже слишком взрослыми, чтобы приветствовать их также, как Эдмунда и Люси... Нет, неправильно сформулировано. Им уже было не нужно такое приветствие - отнюдь, нимфа любила старших ребят ничуть не меньше, чем Эда и Лу, и Питер со Сьюзен это знали, и объятий для доказательства этого не требовалось. Поэтому, улыбнувшись им, Веспер вновь прижала к себе малютку Люси, будто боясь, что та внезапно исчезнет, расстворится в воздухе, вернется в свой мир... Народ на корабле уже почти пришел в себя, и Дриниан постарался ввести королей и королев в курс событий. Сама же она тем временем переводила взгляд с одного счастливого лица на другое... пока не наткнулась на одно страдальческое. Эдмунд состряпал мученическое выражение лица, периодически закатывая глаза к небесам, словно спрашивая: "За что?!". Ну, вряд ли он был недоволен тем, что попал в Нарнию, тогда что?.. Оглядев его с головы до ног, Веспер прищурилась. Так вот оно что! Короля беспокоило то, на что Веспер по своей природе не обращала внимания - она была нимфой и воду воспринимала как должное, а ему, судя по всему, не очень нравилось стоять на открытом воздухе в промокшей одежде. Веспер подавила улыбку и взглянула на Люси, стоявшую рядышком - девочка тоже стояла все в той же промокшей одежде, не решаясь уйти переодеться без старших брата и сестры. Если Эд еще мог потерпеть, то мокнуть и впоследствии простудиться Люси Веспер просто не могла позволить - нимфа коснулась рукой плеча девочки, и одежда постепенно становилась сухой - Веспер впитывала воду в себя. Как только девушка закончила с одеждой Люси, то тут же подошла к Эду и проделала тоже самое, а после и с Юстесом и Джилл - разговор старших Певенси и капитана вряд ли окончится в ближайшие полчаса, а уж если и Каспиан выглянет из своей каюты... словом, не стоило мучить несчастных англичан, а переодеться в нарнийские одежды они смогут потом, вместе с Питером и Сьюзен.

Lucy Pevensie: Обнимать человека, которого знаешь, казалось бы, тысячу лет, и снова увидел после разлуки невероятно приятно. Чувствовать этого человека, знать, что это не иллюзия и не сон. А такие сны юной королеве снились очень часто после возвращения из Нарнии. Часто... каждую ночь. И каждый такой сон выглядел просто невероятно реально. Она так же стояла с кем-то из нарнийцев, разговаривала, смеялась со старыми друзьями, а наутро все исчезало, и она вновь оказывалась в туманной Англии. За пеленой дождей и туч, надеясь, что ее сны когда-нибудь осуществятся. И вот, наконец, это произошло. Она здесь и совсем как во сне, обнимает Веспер. Старую подругу, которую знала давно и по которой безумно скучала там, в своем мире. Нет и тени сомнения, скучала ли сама нимфа о ней. Ответ на этот вопрос она уже знала в душе. О них здесь все скучали и, вероятно, ждали их возвращения. Стоя в обнимку с Веспер, она вновь чувствовала тот запах морского ветра и нарнийского леса, которого так не хватало ей в Англии. А так как Вес была нимфой, от нее исходил именно этот запах, который юная королева вдыхала с особым удовольствием. Вероятно, нарнийский лес Люси увидит еще не скоро... В голове до сих пор звучал смех Веспер, похожий на перезвон колокольчиков. В мире Люси так никто не смеется. Их здесь ждали... и она прекрасно представляла, как их здесь ждали, потому, что сама ждала, когда вновь сможет оказаться в своей волшебной стране. И пусть здесь всегда что-то происходит, но это все никогда не омрачит ее радость пребывания здесь. Она любит Нарнию и всегда скучает по нарнийскому народу. Ей тяжело покидать страну, но она всегда живет надеждами, что вновь вернется сюда. - Ты выросла, малышка Люси - девочка улыбнулась и чуть отошла от Веспер и осмотрела ее. Нимфа на протяжении стольких лет оставалась всегда такой, какой помнила ее Люси, не меняясь вовсе. Девушка, конечно, знала, что так и должно быть, но это не мешало ей удивляться тому, что ее давняя подруга всегда выглядит одинаково. Раздался заливистый смех юной королевы, так она смеялась только здесь. - А вот ты совсем не изменилась - улыбнулась королева и вновь обняла подругу. Не хотелось отпускать ее ни на секунду. Хоть и понимая, что все это не сон, она продолжала бояться потерять ее. Боялась, что если отпустит ее, то все это растворится и окажется, лишь воображением Люси. Хотя где-то в глубине души она понимала, что ничто из этого не растворится. Что они в Нарнии. Снова. - Я очень скучала, Веспер... - прошептала девочка. Она знала, что, будучи нимфой, ее подруга обладала очень острым слухом и всегда могла услышать ее. А говорить громко не хотелось. Хотелось наслаждаться этой тишиной и запахами, исходящими от подруги. Наслаждаться ее присутствием. Стоять с ней рядом так, будто больше никогда так не сможет. Хотя сможет, она это знала. Но все равно, обнимала ее как в последний раз. Краем уха девочка слышала, как поднялись на борт Сьюзен и Питер и сразу стали выяснять обстановку в стране, разбираться какой год, что это за корабль и прочее. "Зануды" – мелькнула в голове девочки мысль и она улыбнулась ей. Наконец, отпустив Веспер, девочка оглянулась по сторонам. Мокрая одежда прилипла к телу, а нарнийский ветер холодил кожу. Уйти переодеться без старших она не могла. И тут, Лу почувствовала на своем плече руку. Девочка чувствовала, как одежда постепенно становилась сухой, она удивленно посмотрела на подругу и поняла, что та просто вбирает в себя всю влагу. Юная королева кивком головы и сияющей улыбкой поблагодарила подругу, которая уже поспешила высушить остальных. -Добро пожаловать Ваше Величество! – совсем рядом с собой услышала девушка и оглянулась. Мадлен! Она тоже была ее старой знакомой. Сестра Веспер, наяда. Люси широко улыбнулась и обняла ее. Кажется, сегодня она планировала повисеть на каждом из своих старых друзей. Но, она могла себе это позволить. Ее никогда не волновало, как все ее действия смотрятся со стороны, да, она королева здесь, но в душе она маленький ребенок, который рад видеть друзей. - Я очень рада видеть тебя, Мадлен – улыбнулась девочка и отпустила нимфу. Уже придя в себя, она понимала, что все эти люди никуда не денутся и им предстоит опять многое пережить вместе, поэтому не висела на девушке не так долго, как до этого на ее сестре. Юная королева осмотрелась по сторонам. Питер и Сьюзен о чем-то усиленно разговаривали с капитаном корабля, но девочка не собиралась слушать этого. Питер, как Верховный король вечно превращался в зануду, как только они попадали в Нарнию, а Сьюзен таковой была всегда. Она не изменится. Лу улыбнулась, вдыхая нарнийский воздух.

Jill Pole : Джилл скромно стояла в стороне и наблюдала затем, как её друзья радостно приветсвуют старых знакомых-нарнийцев. Глаза девочки были широко распахнуты - она смотрела на всех этих "существ" - и не могла поверить, что она снова тут, в Нарнии. Эта мысль застряла в её голове, и никак не хотела выходить оттуда. Это Нарния... Нарния! .. Вот бы увидеть Аслана.. - Она тихо шмыгнула носом. После мокрой воды ей всегда хотелось зарыться в теплое одеяло и не вылазить оттуда, пока эта дурацкая простуда не пройдет. Веспер по очереди приветсвовала Певенси. Джилл её помнила, но очень смутно. В Лондоне все воспоминания о нарнии постепенно стирались из её памяти, в частности такие подробности, и Джилл огорчалась. Девочка чувствовала себя немного неловко. Все были так рады видеть друг друга, да она тоже была очень рада, но где-то глубоко внутри закралось сомнение - помнит ли её хоть кто-то?.. И обрадуется ли точно также, как королям? Она обернулась на "как обычно ворчливого" Юстеса и улыбнулась ему. Ей хотелось, чтобы он тоже ответил ей улыбкой. За последнее время он стал ей намного ближе, как раньше и девочка очень им дорожила. Веспер, тем временем, подошла к ним и каким-то магическим образом высушила одежду, прикоснувшись поочереди к каждому из них. Джилл выдохнула. Это было очень странное ощущение - будто несколько миллионов маленьких иголочек пробежались по телу и мгновенно исчезли. Джилл благодарно кивнула и посмотрела нимфе в глаза. - Спасибо... - Она прищурилась. - Мы не здоровались... Девочка улыбнулась и протянула руку: - Я очень рада вас всех видеть. Правда. - поддавшись какому-то странному порыву, она обняла нимфу, тихо шепнув ей на ухо. - Только я почти ничего не помню... Джилл не знала, почему она так сделала. И откуда взялся этот порыв. Просто она почувствовала, что действительно по всем очень скучала, даже если и не помнит почти ничего..

Annabelle IV: Аннабель молча стояла в стороне и наблюдала за происходящим. Когда этих людей подняли на борт, отовсюду послышались радостные приветствия, все нарнийцы засуетились вокруг них. Веспер, нарнийская нимфа, первой узнал этих людей. Все происходило быстро, что-то постоянно говорили, делали… Девушка стояла близко к ним, подбежав сюда первой, когда тонущих вытаскивали из воды, она ясно видела их лица… вскоре подошел капитан, начал им что-то объяснять… А в голове Аннабель все не укладывалась мысль о том. Кто они. В памяти ясно, словно это было вчера, а не несколько лет назад, всплыла картина. Тот день был ясным, даже слишком. Они ехали верхом в сторону замка. Анна была раздраженной, рядом ехал Эдвин. - Нет, а я все равно не понимаю смысл этой поездки, - не унималась девушка. Брат повторил ей, наверное, уже в сотый раз: - Белль, мы едем поздравить Каспиана с победой и с восхождением на нарнийский престол, – но принцесса не желала успокаиваться: - То есть как, это уже не Тельмар, а опять Нарния? - Да, Белль, это опять Нарния, как во всех тех историях, - вздохнул Эдвин. - Хорошо. Но все равно эта поездка глупая. Наши воины не сражались! А теперь мы такие приедем с поздравлениями! Это же бред! Когда все уже кончилось, мы едем к победителю с поздравлениями. А если бы победил Мираз? Тоже бы поехали к нему? - Нет, ты же знаешь, что нет. Наш отец, как и все жители Орландии всегда были на стороне Нарнии. - Да? Так почему же мы не оказали им помощи? Почему мы не сражались рядом с твоим любимым Каспианом? - похоже, что Эдвин начинал злиться. - Потому что к нашим рубежам подступили тархины! Потому что мы с тобой были там. Ты не забыла? - Не забыла! Ты не разрешал выходить мне даже из замка! Тебе дай волю, ты бы меня в моих покоях запер! – обиженно говорила Белль. - Ну ладно, прости. Я же за тебя волнуюсь, глупая. – примирительно мягко сказал Эдвин. - Хорошо. Тогда мы еще должны принести Каспиану свои извинения за то, что не смогли помочь, – так же мягко ответила Аннабель и улыбнулась….. Картина понемногу таяла, а вместо неё возникла другая. Тронный зал с высокими потолками и самой лучшей отделкой, на которую только могли быть способны нарнийские (или тельмарские?) мастера. Они стоят перед входом, и дворецкий требует тишины. – Принц Эдвин и его сестра, принцесса Аннабель Арченландская! – они идут вдвоем, пересекая зал, и подходят к возвышению, где стоит пять тронов. И пятеро людей, чьи лица она запомнила навсегда. Затем картина опять меняется. Они стоят на площади и слушают, что говорит сам великий Аслан. Она думала, что никогда больше не увидит ни Питера (!), ни Сьюзен, ни Эдмунда, ни Люси, невероятно полюбившейся ей за столь короткое время Слезы солёным дождем скатывались по её молчаливому и печально задуманному лицу с взглядом в никуда. Неужели это и вправду вернулись Древние Короли? Все картины растаяли, словно их и не было, и она опять вернулась на борт «Покорителя Зари» с тем же печальным взглядом в никуда. Да, это правда были те самые короли и королевы, какими она их запомнила. Но почему тогда она не радуется, как остальные? Аннабель сделала шаг вперед и сказала грустным голосом, совершенно не надеясь, что её вообще помнят, склонивши голову в полу-реверанса. - Я Аннабель, принцесса Орландии. С возвращением, Ваши Величества. – говорила уже не та безумно улыбчивая маленькая девочка, а более сознательная и умная девушка, с теми же ясно-голубыми, полными света и веры в надежду, глазами, которые арченландцы клялись, что не смогут забыть.

Egeriya: Ее крик и крик ее сестры не остался не замеченным. Тут же об этом же происшествии известила принцесса Орландии, которая, в отличие от двух нимф обладала не тихим голосом, и ее уж точно услышали, что и продемонстрировали потом. Несколько нарнийцев бросились в воду вытаскивать "утопленников", а другие готовили веревки. Еще издалека Эгерия могла заметить бледные лица людей, но кто это - ей не давало понять, то ли внутреннее беспокойство, то ли что-то другое. В любом случае вскоре, по одному, этих самых людей подняли на борт, и лицо наяды осветила счастливая улыбка. Этими людьми оказались никто иные как их древние величества, по которым все уже безумно соскучились. А сама девушка, глядя сейчас на них, чувствовала жуткую вину перед ними, потому что она не присутствовала на площади, когда их отправляли домой. Тогда она была просто не в состоянии сорваться со своего места и придти проводить людей, которые стали для нее не просто королями и королевами, а друзьями, по которым скучаешь и ждешь, сколько бы времени они не отсутствовали. Тогда ее жизнь в принципе нельзя было назвать жизнью. Для нее не существовал никто. Ни друзья, ни враги, ни семья, весь мир тогда померк для нее. Сейчас ей все это кажется таким глупым. Да и тогда оно было не менее глупым, но Эги не замечала этого, а сейчас трезво смотрела на все. Привязаться к человеку и провести столько времени вдали от близких людей... ничего более странного в своей жизни она не совершала. И сейчас, понимая все это, она сожалела о том, что тогда вела себя так безрассудно. Но то - жалкое прошлое, а сейчас она живет в настоящем. И в своем настоящим она вновь встретилась со старыми друзьями. Первым на борт подняли Эдмунда, а уже потом всех остальных. С лица девушки не сползала улыбка. Но она все так же, не шелохнувшись, стояла у противоположного бортика палубы. Эгерия не торопилась подойти к старым друзьям. Вокруг них и так сейчас много народа и они, возможно, не совсем понимают, что вообще происходит. Надо дать им время придти в себя. А вот когда это время выйдет, девушка подойдет к ним, как и все. Слегка прищурившись, нимфа с явным наслаждением наблюдала за тем, как ее сестры уже приветствуют Древних Величеств. Несмотря на то, что суть всех трех сестер была одинаковой, и все они были одного возраста, они казались совершенно разными. Кто-то казался другим младше, кто-то – старше. Сейчас, смотря на обеих, Эгерия улыбалась своей самой счастливой улыбкой. Когда рядом Веспер и Мадлен (можно даже и не рядом, а просто в одном помещении), ей уже не нужны были никакие старые друзья. Эти двое умели поднять девушке настроение одним своим присутствием. Наяда смеялась в душе, глядя на них. Глядя на то, как Веспер смеется сквозь слезы и обнимает Эдмунда и Люси, смотря на то, как так же сквозь слезы Мадлен приветствует юную королеву, а та обнимает и ее. Такие родные… Среди всех голосов, она услышала знакомый голос человека, той, с которой в прошлой битве они бились рука об руку – Гвендолен. Короткая улыбка скользнула по лицу нимфы. Эгерия стала прислушиваться к словам девушки, благо чудесный слух нимф ей это позволял. И до нее донеслись слова тельмаринки, которые та обращала к капитану. - И ещё... Прямо по курсу, у самого горизонта тёмное пятно. На обычный шторм не похоже, оно меньше по размеру. Эгерия насторожилась в мгновение ока, вглядываясь в ту самую даль. Странно, но за общим состоянием моря, она вовсе не почувствовала изменение на его поверхности. Возможно, потому что его общее спокойствие перекрывало маленький ураган, который был впереди. А может, этой девушке просто показалось? В любом случае, Эги не будет собой, если не выяснит это. Прокравшись к носу корабля сквозь всю толпу, девушка стала всматриваться вдаль. Действительно, есть какое-то темное пятно. Но почему, же тогда она его не чувствует? Закрыв глаза, нимфа постаралась сконцентрироваться не на всем море, за которым она следила до этого, а именно на той точке у самого горизонта, ведь вполне могло быть, что на этой огромной морской территории она просто не заметила это недоразумение. Стоя так, с закрытыми глазами, она пыталась в своем сознании найти это темное пятно, среди этого моря. Спустя несколько секунд она его нашла. И сразу же пожалела об этом. В ее душе, против ее воли, стало накапливаться волнение, которое она могла объяснить только одним – действительно там что-то есть. Только что? На обычный шторм было не похоже. Тогда что же это могло быть? Из ее глаза покатилась слеза, прошлась по щеке, оставив на ней мокрую дорожку, и упала на бортик корабля, разбиваясь на тысячи осколков. Эту слезу, девушка не могла объяснить, более того – она не чувствовала ее. Она скатилась по ее лицу против воли самой нимфы. Просто был какой-то толчок в душе, и, повинуясь этому секундному порыву, слеза скатилась из глаза. А в душе все продолжало бушевать, словно подсказывая “ищущей”, что происходит там, на самом горизонте. А она все пыталась “нащупать”, понять, что же там такое. Что же ждет их впереди. Догадка. Эгерия резко распахнула глаза, так, что перед ними все поплыло. И если бы, когда она только прикрывала глаза, она не схватилась за бортик так, что костяшки пальцев побелели, она бы упала. А в голове тем временем пульсировало одно слово – смерч. Не зря она долго концентрировалась на горизонте. То темное пятно оказалось вовсе не штормом, а смерчем. А в душе все больше и больше разгорался ураган. Что делать? Умолчать? Сделать вид, что ничего не было? Или рассказать? Умолчать, наверное, не получится. Любой мог заметить, как трясутся руки девушки, и что из глаз вот-вот вновь покатятся предательские слезы. Это не из-за того, что она увидела. Это из-за того, что все происходящее в море, она чувствует так, будто это происходит с ее душой. Очередной минус ее происхождения. Постояв еще немного, она вдруг неожиданно осознала, что лучше все рассказать. Лучше, чтобы капитан и все остальные сразу знали, к чему надо готовиться. Эгерия стала пробираться сквозь людей. Она не знала, к кому стоит сразу же обратиться. Остановившись в шаге от капитана и королей, девушка слегка поклонилась. - Простите, что прерываю ваш разговор, но дело не терпит отложения – она слегка потупила взгляд, - я о том, о чем говорила Гвен.… Там не шторм. Там смерч. Он ужасен. И мне кажется, что это не обычный смерч. Он несет вместе с собой что-то странное, я не могу вам это объяснить, это надо только чувствовать… - из ее глаза покатилась предательская слеза. Наверное, все могли заметить сейчас хотя бы по одному ее состоянию, что она не шутит. Ее руки все еще тряслись, а плач вот-вот должен был вырваться из грудной клетки. Девушка на мгновение подняла голову, чтобы осмотреть до этого момента счастливые лица собравшихся, и тут же опустила ее, скрывая одинокую слезу, скользящую по щеке.

Susan Pevensie: Чувство радости постепенно сменилось чувством пустоты. С момента их самого первого появления в Нарнии прошло невероятно много времени: многие из тех, кого знали Певенси, уже давно умерли, их сменило не одно поколение их потомков. И, хотя, многие из старых друзей практически не изменились с момента их первой встречи, Сью чувствовала себя не в своей тарелке. Наверняка сказывалось и то, что она до сих пор стояла на палубе в мокрой насквозь одежде, словно нарочно пыталась подхватить простуду или того хуже – воспаление легких. Хотя, похоже, что сей факт ни в коей мере не волновал ни Эдмунда ни Люси, которые были всецело во внимании Веспер и Мадлен. -Подумать только, - в голове Сьюзен рождался очередной монолог, - они называют нас древними лишь потому, что время нашего правления давно прошло, еще до рождения многих из пассажиров этого корабля. А ведь в нашем мире, назови девушку древней – так можно и отхватить по полной программе. Странная штука – жизнь. Что для одних – почет, для других – оскорбление. – Она улыбнулась, несмотря на пронизывающую ее дрожь. Нет, это, конечно, было замечательно, что они вновь очутились в Нарнии, несомненно, еще лучше, что их вытащили из воды, но еще бы не мешало подыскать им сухую одежду. Да, пожалуй, это было бы совсем не лишним. Осталось только выяснить некоторые вопросы касаемо этого корабля и собравшихся на нем. Поскольку друзья были слишком заняты и взволнованы, чтобы в ближайшее время поведать планы, Сью решила узнать информацию «из первых рук». Кивнув Питеру в знак того, что ему тоже не помешало бы заняться делом, Сьюзен отправилась на поиски капитана. Брат последовал за ней. Найти капитана корабля не составило большого труда. Он стоял невдалеке от основной массы толпившихся на палубе и, хотя по его глазам было заметно участие в происходящем, он продолжал оставаться капитаном этого корабля и не терял должной бдительности. Сьюзен машинально попыталась привести себя в порядок, чтобы предстать перед капитаном не как девочка, которую только что вытащили из воды, а как Королева Нарнии. Ее попытки оказались тщетными, поэтому, натянув на лицо всю важность, которая в ней еще оставалась после такого непродолжительного, но все-таки приключения. -Добрый день, - девушка слегка склонила голову в знак приветствия. Представляться по имени не было смысла, потому как Сью была уверена, что в Нарнии едва ли не каждый камень уже знает кто они такие. - Я полагаю, вы – капитан этого корабля. Не скажите ли, куда мы направляемся и с какой целью? Но едва Сью успела это спросить, как рядом возникла Эгерия. Вид у нее был встревоженный, и в первую секунду Сьюзен решила, что это все от того восторга, который вызвало их появление. Но мгновение спустя она заговорила и голос ее говорил о другом. Она была чем-то напугана. Даже слишком. Сообщив о надвигающемся смерче, она опустила голову и стояла в нерешительности, ожидая, что скажет капитан. -Корабль быстроходный, - встряла Сью. Она понимала, что не время умничать и тем более, лезть в такое дело как морская навигация, с которой капитан и сам бы разобрался, но ведь высказывать свое мнение ей никто не запрещал. Она осторожно продолжила, - можно попробовать увести судно в другую сторону, а когда опасность минует – вернуться на прежний маршрут.

Taareth II: В это утро Таарет нездоровилось. Обычно на родине девушка просыпалась довольно рано и ей приходилось еще долго валяться в постели с книгой, так как дворцовая мода предписывала позднее пробуждение. В Нарнии никто не задумывался над такими пустяками, и тархистанка зачастую поднималась вместе с солнцем. Но сегодня она оставалась в каюте дольше обычного, чувствуя легкую слабость и головокружение. "Наверное, погода поменялась" - думала Таарет, сидя на кровати, свесив босые ноги, и расчесывая густые каштановые волосы. Кто-то оставил на столе чашку с водой, установив ее между книг и прикрыв блюдцем, чтобы не расплескалась. Принцесса мысленно поблагодарила неизвестного благодетеля и сделала пару глотков. В иллюминаторе каюты было мутно: небо не радовало лазурью, и то и дело волны, словно играя, бросали на стекло серебряные брызги. Непогоду девушка тоже любила, но знала, как на море подобное небо часто сулит опасность, и нахмурилась. Ей захотелось немедленно оказаться на палубе, в окружении знакомых лиц. "Сколько же я проспала? С таким скудным солнцем и не угадаешь..." Туника из льна, тонкие и удобные шальвары из плотной ткани, кожаный пояс с выжженным цветочным рисунком, мягкие сапожки без каблуков. Ну вот! Можно и в люди выбираться. Неспешно пройдясь по коридору, чтобы не нарушить хрупкое равновесие установившегося сносного самочувствия, Таарет отворила дверь, ведущую на палубу, и вышла наружу, щурясь от света и наслаждаясь свежим запахом йода и соли, шелестом волн и тем, как ветер своевольно треплет еще недавно так тщательно уложенные волосы. Внимание принцессы сразу привлекли незнакомцы, кто в мокрой одежде, а кто уже в сухой. Она смотрела на них, не в силах справиться с недоумением. Откуда могли взяться люди посреди океана? Потерпевшие с другого корабля? Кто их знает! Одеты странно - вдруг нечисть морская? Но с ними, похоже, многие знакомы - как интересно!.. Подойдя к Веспер и осторожно тронув ее локоть, Таарет негромко поинтересовалась: - Скажи мне, о нимфа, покуда не умерла я от любопытства - кто наши престранные гости?.. Оффтоп: Обращалась я к Веспер, но если кто-то жаждет играть - можете ответить мне, опередив ее. Я с удовольствием отвечу...надеюсь, Веспер не обидится =)

Edmund Pevensie : Оффтоп: Taareth II, с вашего позволения, отвечу ^__^ Волшебство. Ах, как же он стосковался по нему, находясь в Лондоне, в эпицентре бьющей ключом жизни, бурлящих её потоков, подъемов и спадов. Так порой хотелось, чтобы по одному взмаху руки в холодильнике появились обещанные им маме вчерашним утром свиные окорока, а на улице внезапно высохли все лужи, а пасмурное, будто измазанное чем-то грязным и липким, небо столицы вдруг очистилось, и на нем проступило солнышко, такое светлое и чистое, каких он давно не видывал. Но жизнь в его реальности гораздо более унылая, чем здесь, там абсолютно отсутствуют любые признаки чудес и волшебства. По какой-то нелепой причине все приняли на веру тот факт, что на Земле магия некогда существовала, но люди искоренили её точно так же, как и многие другие вещи, занесенные ныне в красную книгу. А почему волшебство туда не занесли? Загадка. Но почему-то никто не хочет представить себе, что на самом деле, чудеса не покинули этот мир, они по прежнему живы здесь, просто нужно стряхнуть с них пыль скептицизма и вновь приоткрыть, уже лично для себя, эту дверь. Никто так не думал. Кроме Эдмунда. От чудотворного прикосновения нимфы, одежда младшего Пэвенси мгновенно высохла и приняла опрятный вид. Теперь, нарнийцы с удивлением и капелькой восхищения разглядывали его костюм. Это и верно, ведь в Нарнии не носят ни галстуков, ни прямых черных штанов. Хотя, может, оно и к лучшему - трудно представить этот беспечный и задорный народец, чьи костюмы всегда отличаются своей яркостью и красочностью, щеголяющий в серых пиджаках и лакированных ботинках с зауженными носками. В ногах правды нет – верно сказано. Проторчав за бортом минут пятнадцать, работая всеми конечностями за двоих, дабы не оказаться на дне вместе с Джилл, даже он будет чувствовать усталость. Да-да, он прежде всего мужчина, воин, правитель, а уже потом человек с естественными потребностями и чувствами. Всегда все это нужно ставить вперед, иначе тебя сочтут за тряпку, таков был его принцип жизни. Устроив на своем лице вполне себе правдоподобную задумчивую, но довольную гримасу, Эд подошел к одному из деревянных столбов, коих на палубе было около восьми. На вид они были довольно крепкими, раз уж им доверили задачу поддерживать тросы, на которые были закреплены паруса. В таком случае, Эда они уж точно должны выдержать, по крайней мере, так оценил их он, и со спокойной душой облокотился на него, наконец-то, искренне испытав облегчение. Именно теперь он принялся с любопытством разглядывать экипаж корабля и его пассажиров. Здесь собрались чуть ли не представители всех наций и сословий, от принцесс до фрейлин, от тархистанцев до орландок и т.п. Большая часть обычных людей на борту корабля вообще слабо представляли себе, кто они такие, да и что здесь делают. Честно говоря, второе, скорее всего, не понимал никто, кроме Высших сил. Вот, какая-то девушка, внешне имевшая яркие черты тархистанки, как показалось Эду, попросила Веспер представить ей Певенси и их друзей. На лице мальчика проскользнула ухмылка: он оказался прав, большинство людей, не знавших королей лично, и не помнят их. - Сколько я нелепых смертей, барышня, повидал за свою жизнь, однако чтобы кто-то умер от любопытства….- парень артистично покачал головой, - пожалуй, вы будете первой. Кстати, позвольте представиться. Я Э-эдмунд. А вы….?- вот так вот просто, Эдмунд. У него даже язык не повернулся заявить сейчас о том, что он король, да ещё и герцог, где-то ещё и рыцарь, а там ещё и граф. Что за абсурд? Сказка, если бы здесь он мог всегда представляться именно так, как сделал сейчас, однако кто-нибудь обязательно возьмет и поправит его, если он не сделает этого сам. Закон подлости, знаете ли…… Как оно чаще всего происходит в такие моменты, перевести дух и пообщаться с народом Певенси никто не собирался давать. Не успел Эдмунд поистине отдохнуть, как по палубе пронеслись тревожные известия: на их корабль надвигался какой-то мистический шторм небывалой силы. Видимо, не видать им мирного жития в Нарнии. Судьба, судьба….

Taareth II: Таарет удивленно покачала головой и даже языком прищелкнула. Отозвавшийся на ее вопрос мальчик был младше ее. Пожалуй что она и вправду могла позволить себе называть юношей подобного возраста мальчиками. Однако же держался новый знакомый настолько непринужденно и уверенно, и вместе с тем был настолько харизматично-искренним, что это не могло не располагать. Но и желание поддевать гостя из-за его возраста куда-то пропало. - А я - Таарет. - Принцесса едва боролась с желанием обойти Эдмунда кругом, чтобы рассмотреть получше, - Ваш наряд очень странный. Впрочем, выбор купального облачения - личное дело каждого...как же Вы попали в открытое море, достопочтенный? И кто это с Вами? Смотрю, Вы со многими здесь знакомы... Глаза тархистанки, цвета жухлой травы и речного песка, скользили взглядом от одного к другой и дальше к третьим, отмечая что-то неуловимо общее в манере поведения прибывших. Кажется, они здесь были куда более к месту, чем она сама, хотя появились только что. Вот странность! - Вам, должно быть, мокро. В каютах есть покрывала, я могу снабдить Вас одним, и похлопотать о гроге заодно. Ветер крепчает, кажется, мы входим в полосу шторма: видите, как хлопает стяг на верху средней мачты? Словно в тон ее словам налетевший порыв ветра взвил вверх алый шелковый язык с вышитым золотым львом. Корабль качнулся, заставив Таарет одной рукой коснуться борта в желании удержаться на месте. Девушка исподволь улыбнулась, встречаясь взглядом с собеседником. Ей очень хотелось чем-то помочь и познакомиться поближе с таинственными людьми-из-океана.

Eustace: Возможно, вы сочтёте удивительным, что от Юстэса за всё время беседы старших Пэвенси с капитаном не было слышно ни одно ворчательного слова? Ну, сначала, он был просто весьма доволен тем, что одежда высохла, благодаря чудотворному воздействию Веспер, которой он (о чудо!) даже сказал спасибо! А потом… потом мистер Кларенс совершил роковую ошибку. Если до этого стоял, практически не шевелясь, на том же месте, куда и был вытащен, то потом его зачем-то дёрнуло подойти к борту, опереться на перила и посмотреть на воду… Как оказалось, о плачевном опыте катания на лодке в прошлый визит в Нарнию он успел благополучно забыть… А зря. Морская болезнь никуда не делась, а от вида ещё и не очень спокойного моря почти что под ногами, не богатое содержимое желудка начало ощутимо проситься наружу… Оттого то Юстэс и выпал из беседы: боялся, что если хоть слово скажет, с завтраком таки попрощается… Вот только, если раньше он бы во весь голос уже давно бы давал всем понять, как ему, бедному-несчастному, плохо, то сейчас, наоборот, молчал как партизан, пытаясь скрыть свою нежелательную уязвимость. И молчал бы он так и дальше, если бы на палубе не произошли изменения, в виде новостей о тёмных точках на горизонте и о том, что это эта самая точка не сто иное, как смерч… Глаза от таких «приятных» перспектив у Кларенса чуть на лоб не полезли, испуганно расширившись… Вот только испугался он, наверное, немного не того, чего следовало… - Вы хотите сказать, сейчас ещё сильнее качать будет? – вопрос был задан слабым голосом, наверное еле слышным, на фоне общей суматохи, но… если быть предельно честным, Юс и не хотел бы чтобы этот вопрос услышали. И сам понимал, насколько глупо это прозвучало. Вот только ничего поделать с собой не мог: его пугали не перспективы сломанных мачт, перевёрнутого корабля и людей за бортом, а именно того, что «будет качать»... он боялся собственной слабости. И как бы ему ни было стыдно от таких мыслей, ничего поделать с собой он не мог. Разве что, ещё крепче вцепиться руками в борт, за который держался, пытаясь тем самым придать ощущение хоть какой-то стабильности и уверенности в себе и своих силах. Вот только помогало плохо… особенно от того, что «точку на горизонте» было уже хорошо видно невооруженным глазом и она росла буквально на глазах…

Jill Pole : Джилл с интересом осматривалась. В глазах девочки был ТАКОЙ интерес, которому позавидовали бы любые сплетницы их школы. Она смотрела на всех этих людей и с одной стороны ей было очень интересно, а с другой - как-то неловко. Её друзья уже хорошо знали всех этих людей, а вот она сама... Она чувствовала себя лишней. И это чувство никак не отпускало её, как девочка и не отгоняло его. Она стояла рядом с Юстесом и не знала даже, что сказать или сделать. Такая неловкость застала её впервые. Внезапно, парень побледнел и отошел к бортику корабля. Джилл проводила его удивленным взглядом, а потом тут же подошла к нему, бросив один взгляд на остальную радостную компанию. Она встала рядом с ним и улыбнулась. - Эй.. Ты в порядке?.. - Джилл положила ему руку на плечо. Наверное, его укачивает.. Это нехорошо... Будет вообще ужасно, если его вывернет прямо здесь. Бедняжка.. Господи! Хорошо, что Юстес не умеет читать мысли, а то я бы чувствовала себя уж совсем отвратительно и неловко. Как и любой парень он наверняка терпеть не может, когда его жалеют. - Держись главное.. Прорвемся! Это уж какое-то совсем странное приключение... - Вы хотите сказать, сейчас ещё сильнее качать будет? - Прозвучал его слабый голос. Девушка тоже взглянула на горизонт. Небольшая черная тучка приближалась. - Господи!.. - Вырвалось у неё. Далее пошли неразборчивые ругательства, которые приличной девочке просто неположено знать. - Извини, вырвалось.. Она оглянулась на остальных. - Что вообще происходит, мне кто-нибудь объяснит?..

Edmund Pevensie : Забавно всё это: Эдмунд прожил долгую жизнь в роли правителя Нарнии, сейчас, по подсчетам, ему было бы около сорока лет. Вы можете себе это представить? Это же человек с совершенно устоявшейся психикой, повидавший в жизни многое и многое сотворивший. И все это заключено в его совершенно юном теле. Это ли не ирония? Ко всему прочему, не старайся он соответствовать своему реальному возрасту, он выглядел бы чудаковатым, потому, в Лондоне он старался как можно больше походить на обычного подростка. Очень старался. Замечание, насчет его внешнего вида очень его развеселило. Прикрыв ладонью губы, он тихо рассмеялся, почти неслышимо и незаметно для окружающих, так что только сама Таарет могла обратить на это внимание. - Пожалуй, все это очень тесно взаимосвязано, и история это не из коротких - в двух словах не объяснишь. Если желаете, как-нибудь вечером, после ужина, я вам её поведаю, это будет что-то вроде сказки на ночь. , - с лица мальчика все не слезала довольная улыбка: ему всегда нравилось внимание к его персоне. -В общем, если вам это о чем-то говорит, час назад я находился в гостиной трехэтажного дома и пил чай со своими друзьями. А потом оказался в воде. Недоумение на лице девушки, вызванное кратким рассказом Эдмунда, было вполне оправданным: даже здесь такие чудеса были в редкость, если были вообще, в чем я лично очень сомневаюсь. Все-таки Певенси - случай особенный и исключительный, а так же уникальный, возможно потому, что они для своего мира слишком тесно связаны с магией, а для этого - слишком далеки от неё. Таарет создавала у него впечатление пташки – легкую и непринужденную, свободную в своих действиях и мыслях. Она просто заставляла его улыбнуться. Искренне, не вынужденно, как он делал это только что. - Нет-нет, благодарю, не стоит беспокойства. Сейчас есть проблемы поглобальнее, чем это,- вежливо отказался он от предложения принцессы, - Вы правы…, - ответил он на её замечание насчет поднявшегося ветра и, чуть погодя добавил: - Как приятно видеть у столь юной девушки такие познания в области мореплавания. Среди моих знакомых это встречается так редко… Меж тем судно незаметно принялось раскачиваться из стороны в сторону все интенсивнее, с каждым разом увеличивая обороты. Спрятавшись за столбом, Эд не ощущал сильных порывов ветра, но готов был поклясться, что они были не шуточными. Обменявшись тревожными взглядами со своей собеседницей, Эдмунд знаком пригласил следовать за ним и направился в сторону своих старших брата и сестры, до сих пор беседовавших с капитаном. Именно сейчас на своей спине он во всей силе ощутил всю мощь разбушевавшейся стихии: она была настолько велика, что заставляла мальчика идти в два раза быстрее. - Каков план? – озабоченно поинтересовался он, приблизившись к склонившемся над картой фигурам. Все они в одночасье замолчали и уставились на Эдмунда. Почему-то его самого в этот момент посетило предчувствие, будто плана никакого вовсе нет…

Egeriya: Никто не против, что я пишу? Ожидание решения - это худшее ожидание, которое только можно придумать в нашем мире. Почему-то всегда так тяжело дается ждать именно одно-единственное, казалось бы, простое решение, но от него, однако зависит дальнейшая жизнь, не просто одного человека, а возможно, целого народа. Хотя в нашем случае не народа, а всего лишь экипажа корабля. Но и их ведь не мало, правда? Нимфа с непривычной для нее покорностью ожидала вердикта капитана, или кого-нибудь из королей. При всем уважении к королевам, она понимала, что они не смогут продумать действительно важный для них план. Именно короли должны разрулить ситуацию. Что остается самой Эгерии? Ждать и высказывать свои догадки, ведь именно она почувствовала изменения в погоде, и именно она провозгласила это. Значит, на ее хрупких плечах лежит наставление всех, на правильную волну мысли, поскольку только она испытывает в полной мере всю ту морскую тревогу. Она смахнула слезу с лица, когда королева Сьюзен постаралась что-то сказать. Девушку удивленно подняла на нее глаза. Нет, я не скажу вам, что королева говорила настолько правильные вещи, которые могли бы удивить Эги. Скорее девушка постаралась выказать свои догадки и мысли по поводу происходящего, но только напрасно. Эгерия понимала это. - К сожалению, Ваше Величество, у нас не получится отвести корабль в сторону... - ее голос дрожал, а в глазах стояли слезы, - этот смерч скорее ммм... магического происхождения, нежели природного... иначе я.... я бы почувствовала его раньше... - она вновь опустила голову, потому, что посмела оспорить мысли королевы, но она вынуждена была сделать это, иначе все так бы и действовали, а их участь была бы неизбежной. Хотя с каждой секундой нимфе и так все больше и больше казалось, что это неизбежно. - Даже если мы постараемся увести корабль в сторону, смерч... он настигнет нас и там... это что-то вроде судьбы, от которой никак не уйти... - она старалась как могла объяснить, что чувствует. Только в этом и была вся проблема - нимфа может почувствовать, понять, переживать самой, но она не может описать эти чувства другим. Не то, что ее язык скуден, просто они не поймут всех переживаний в полной мере. Где-то вдалеке от себя она услышала голос Юстэса, и впервые с того момента, как увидела ту самую "точку" улыбнулась. Она вовсе не старалась прислушиваться, да и говорил он так тихо, что будь она человеком - не услышала бы. Но, к сожалению, Эгерия не человек. Эгерия нимфа и все чужие слова она слышит точно. Зато именно его фраза повеселила ее. Каждый беспокоился о своем, а он смог выдать только одну эту забавную фразу. Было бы смешно, если бы не опасность, с каждой секундой все более нависающая над ними. И если в тот момент, когда она только пыталась понять что там, на горизонте, точку было видно очень слабо, простой человек не заметил бы, и ей приходилось "прощупывать" море в сознании, теперь, ту самую "темную точку на горизонте" было видно даже невооруженным человеческим глазом. И в ее сердце все больше и больше поднималась паника, и слезы вновь посыпались градом из ее глаз. Что дальше? Что теперь делать и что их ждет? Она прекрасно знала, что будет через пару минут, но она не понимала, к какому исходу это может привести. Осознание этого еще не пришло к ней. Всем своим нутром она чувствовала, что это не просто смерч, а вызванный именно какими-то магическими явлениями, возможно, даже не специально созданный кем-то. Это было действительно тем, что называют судьба. Только была уверенность, что их судьба не затонуть, будет дальше что-то, но что? А что бы это узнать, надо проверить, надо сделать первый шаг навстречу судьбе и вскоре все они поймут, что будет дальше. И внезапно к ней пришла уверенность в том, что им надо делать, как раз тогда, когда прозвучал вопрос подошедшего короля о дальнейшем плане и все подняли на него глаза. Просто, какой-то странный щелчок в ее голове, и она поняла, что они должны позволить случиться запланированному. Иначе нельзя. - Мы будем стоять на месте - несмотря на душащие ее слезы и волнение, голос прозвучал, как никогда уверено, и все обратили своим взгляды к ней. Казалось бы, все находящиеся здесь были просто поражены безумности этих слов, но только она была уверена, что так и надо делать. Это единственный путь. - От этого смерча нам не уйти, он все равно настигнет нас... Уж лучше пусть это произойдет сейчас, ведь когда все неожиданно и так резко, не успеваешь испугаться. Нам надо просто стоять на месте, случится то, что должно, - наверное, со стороны ее слова казались действительно бредом сумасшедшего. Но только она была уверена в них как никогда, и это легко можно было прочитать в ее, обычно скрытных, глазах. Поймут ли они ее? Поймут ли, что она права? Эти вопросы тревожили нимфу. А корабль тем временем все сильнее и сильнее раскачивался из стороны в сторону...

Eustace: Положенную ему на плечо руку Джилл Юстэс воспринял… да никак не воспринял, потому что состояние было не очень-то способствующее самокопанию с разборами приятен ли ему факт поддержки или не приятен факт жалости… Но легче почему-то немного стало. - Не буду отвечать на счёт в порядке ли я… По-моему, и так видно… - Скрабб слабо хмыкнул, не отводя взгляда от приближающегося смерча. Ругательства подруги он почти что пропустил мимо ушей, обозначив реакцию на них только кривой ухмылкой. – Объяснить что происходит, говоришь? Смерч происходит… Воронкообразный воздушно-водяной вихрь, по своей природе подобный торнадо, который образуется над поверхностью большого водоема и соединен с кучевым облаком. Может образоваться в случае прохождения торнадо над водной поверхностью. Чаще встречается в тропических широтах. В отличие от классического торнадо, водяной смерч существует всего 15-30 минут, намного меньше в диаметре, скорость движения и вращения ниже в два-три раза, не обязан сопровождаться ураганным ветром... – пока Кларенс рассказывал всё это, он прикрыл глаза, чтобы меньше укачивало, да и чтобы текст из прочитанной когда-то книги вспоминался лучше. – Дальше занудствовать? – с окончанием цитаты он открыл глаза, отметив про себя, что за эти секунды тёмная воронка стала ещё ближе. И, отчего-то именно в этот момент, в восприятие вернулась окружающая обстановка помимо качающейся палубы, руки Джилл и приближающегося смерча: он услышал голос Эгерии, заверяющий всех, что надо стоять на месте. - О да, а то, на этом корабле нашлись бы гении, пытающиеся удрать от ветра на парусном судне… - как всегда саркастично, но сейчас ещё и как-то грустно, фыркнув, Юс покосился назад, на палубу, в сторону наяды. – Ты забыла добавить, что на всё воля Аслана. Разве не так? Или, не он связан с большинством магических фокусов в этом мире? Это, разумеется, если смерч на самом деле магический… Потому что, если это так, то нам и правда, может быть, нечего бояться… Тогда очень даже закономерно получается и наше появление, и это… - Скрабб указал взглядом за борт и… судорожно сглотнул, осознав, что до воронки осталась буквально сотня метров. – А может, нам хотя бы… привязаться к чему-нибудь стоит? Снесёт ведь, нафиг… - однако, никаких действий предпринимать сам он не стал: не мог найти в себе силы, чтобы заставить руки отпустить поручень, в который он уже вцепился мёртвой хваткой. «Ну чего ты стоишь?! Делать что-то надо… и срочно… Даже если сам удержишься, что вряд ли, то Джилл-то уж точно нет. А там ещё Люси. И Сьюзен. Но они далеко, уж до них-то я дойти точно не успею... да и Питер с Эдмундом на что?» - Юстэс заставил себя опустить взгляд на палубу, в поисках чего-нибудь верёвко-подобного и, к счастью, моток верёвки ему на глаза попался. Правда, находился он в нескольких метрах, но зато, прямо у поручня. Судорожно сглотнув, Кларенс заставил таки себя отцепить одну руку и сделать несколько шагов до мотка, поднять его и вернуться к Джилл… И начать, не особо слушая возражения, даже если они были, приматывать подругу к показавшейся наиболее надёжной деревяшке. А после того, попытался уцепиться за ту же деревяшку, как можно надёжнее, сам.

Taareth II: чуть-чуть отфлэшбэченное время ) А вообще - у нас тут самое интересное начинается - где все? ))) "Наверное, мы сейчас умрем, толком ничего не успев.", - подумала Таарет с каким-то противоестественным в этой ситуации спокойствием. И с тоской добавила про себя: "Вот досада! Им-то и умирать не страшно, они верят, что после смерти попадут, куда нужно. А я где окажусь, разочаровавшаяся в вере предков и не приобретшая пока ничего взамен?" Как ни странно, но эта грустная мысль придала принцессе решимости и спокойствия. Может, ей и не суждено погибнуть сегодня, раз она еще не определилась с такими важными вещами? Подбодрив себя таким образом, Таарет спустилась в каюту, где сняла обувь (если снесет в море - легче будет плыть), взяла со стола ясеневую резную флягу с водой и накрепко пристроила ее на поясе. Потом зашла на камбуз, но все продукты уже были плотно упакованы. На ощупь угадав, что внутри, девушка развязала один из холщовых мешков и набила все карманы орехами: их можно будет есть, даже если они побывают в соленой воде. Спустя короткое время Таарет вернулась на палубу. Матросы принайтовывали все, что, в теории могло быть смыто волной или унесено ветром. Снимали паруса, опасаясь, что их порвет в клочья. Спускали на воду плавучий якорь - призрачную надежду на то, что корабль не перевернется. Подойдя к Эдмунду, оказавшемуся ближе остальных, тархистанка протянула ему горсть орехов: - В недобрый час вы появились, вот не повезло! Как думаешь, стоит ли нам к чему-нибудь привязаться? Может, тогда не сдует... Принцесса сама не заметила, как заменила "вы" на "ты". Кроме этой невольной оговорки она ничем не выдала своего неспокойствия. Ей бы очень хотелось всем сердцем верить в то, что Эгерия права - в конце концов, кому знать об исходе, как ни ей! - но пока что слабо получалось. Повернувшись лицом туда, откуда неотвратимо приближалась нежданная беда, принцесса побледнела: смерч был уже близко и ничем не напоминал небольшие вихри над водой, быстро теряющие силу. Этот, казалось, питал сам себя и не думал ослабевать, становясь шире и словно бы темнее. До носа корабля оставалось несколько метров. Все вокруг потемнело так, словно вечер сгустился за считанные мгновения; лицо обдавали холодные брызги. И звук...ровное, глухое гудение, которое было едва слышно, но, тем не менее, странно глушило все остальные шумы. - Пора. - сказала девушка, скорее, самой себе, и метнулась к единственному безопасному закутку, выхваченному взглядом в тот момент: моткам мягкого троса у борта. Вжавшись между ними, Таарет одной рукой вцепилась в жесткие канаты, как смогла, другой - в рукоять люка впереди, как в более недвижимое спасательное средство. Привязаться она уже не успевала.



полная версия страницы