Форум » » The Chronicles of the Kingdom, 2306 » Лагерь сопротивления. » Ответить

Лагерь сопротивления.

Storyteller: Собственно, это то самое место, где прячутся те, кого называют Независимыми. Периодически лагерь меняет свое месторасположение. Сейчас он находится где-то глубоко в лесу.

Ответов - 28, стр: 1 2 All

Bastian: Получив сообщение от Ломиона, Бастиан спустя несколько минут, появился в лагере и огляделся, проверяя обстановку, а заодно и магические щиты, окружавшие лагерь невидимым куполом. К успокоению мага здесь все было относительно спокойно. Щиты не взломаны, замаскированные среди лесной растительности палатки, землянки и нехитрые домики на деревьях, были целы и невредимы (насколько возможно), а немногочисленные обитатели лагеря занимались своими повседневными делами. Конечно, у Бастиана и его друзей было не так уж и мало сторонников, но большинство из них сейчас находились в своих домах, изображая простых слуг короля и ожидая указаний от лидеров, потому как слишком большое количество людей и существ в лесу могло вызвать подозрение у магов и солдат Баррета. Конспирация, понимаете ли. В прочем, благодаря усилиям Бастиана и поддержке со стороны нимио-вултрус и лумренов найти лагерь в лесу непростая задача даже для очень опытного мага. «Что ж, видимо Великий демиург услышал нас….» Взволнованно думал Бастиан, направляясь к группе людей, что сидели у костра и поднялись на ноги при появлении лидера. «Надеюсь, Ломион позаботился об их корабле…» Новость, об исполнении пророчества Изабелл была волнительной для волшебника, и тому были причины. Мало того, что Бастиану нужно теперь обеспечить безопасность пребывания гостей, еще придется четко объяснить им ситуацию на Орисе, ведь добро и зло здесь давно поменялись местами…. Бастиан обратился к старшему из группы и приказал приготовить еду и питье. а так же найти сухую одежду которая несомненно могла понадобиться потерпевшим кораблекрушение пришельцам. Волшебник понятия не имел, какого возраста гости с Большой земли, поэтому в одну из палаток сложили вещи разных размеров. Отдав распоряжения и решив пару возникших вопросов, Бастиан связался с Ломионом, коснувшись виска камнем на вершине своего посоха. «Все в порядке, Ломион. Жду вас в лагере.…И уж будь повежливее с гостями…» Передав сообщение, бастиан отправился помогать обитателям лагеря, ожидая прибытия своеобразной делегации из лумрена, Линетт и чужестранцев понимая, что действие щитов теперь нужно будет настроить под пребывание существ с Великой суши, чья магическая энергия могла быть совершенно другой.

Lomion Tereva: » Орис » Морской берег. Пойдут ли за ним все из потерпевших кораблекрушение Ломиона, собственно, волновало не так чтобы и очень сильно… ну, или он пытался себя убедить в том, что это его не волнует. Даже если часть из них согласится пойти, эта часть сможет потом переубедить остальных, а что до безопасности… да, он, разумеется, хотел им помочь, но, разве они, если верить пророчеству Изабелл, не обладают некой силой? И разве не смогут тогда за себя постоять? «Если кто-то не пойдёт, надо будет просто сразу же выслать сюда кого-нибудь из наших, чтобы посторожили… Или проводили. А ещё лучше, чтобы за ними сходил кто-нибудь из тех, кто побывает в лагере и убедится, что им ничего не угрожает… Да, так и решим, только бы до этого ничего непредвиденного не случилось… Додумаются ведь они, если что, не сидеть прямо у корабля?» - кое-как приведя в порядок мысли и ещё раз напомнив себе, что он пока не в ответе за жизни этих людей, Тэрэва вёл группу в сторону лагеря, который, по счастью, был чуть ближе, чем штаб-поляна. Разве что, нахоженой дороги туда не было и это могло смутить умы гостей, но лумрен надеялся, что раз уж они доверились ему и пошли за ним, то дополнительных сомнений по пути не возникнет…Не смотря на то, что всю дорогу он молчал, разве что, ещё на берегу, кинул ответ в сторону удивившегося «незаметностью» их толпы Ортеги: - Ну, почему же не обнаружили? Скорее всего, обнаружили, просто добраться сюда так быстро не могут… и будем надеяться, что и не доберутся, если не придадут сильного значения… - после этого Ломион надолго заткнулся, до тех пор, пока местность не стала всё более и более для него знакомой. Сначала лумрен хотел остановиться и организовать завязку глаз всем пока что посторонним для лагеря, но потом передумал: приказов по этому поводу от Бастиана не было, да и лагерь был отнюдь не главным в их деятельности пунктом… так что, молчание затянулось вплоть до того, как они подошли к защитному куполу, скрывающему лагерь. А если ещё вернее – до тех пор, пока этот купол не раздвинулся в стороны, пропуская этакий возглавляемый им своеобразный отряд в лагерь... и пока этот отряд не прошествовал прямиком к наблюдающемуся в лагере, как он и обещал, Предводителю. - Пришли, - зачем-то констатировав факт, Тэрэва изобразил в сторону Бастиана некое подобие склонённой головы и, как всегда мрачно, хмыкнул, - Гости доставлены, был вежлив как никогда, но всё-равно одежда и еда, на мой взгляд, полезней вежливости. – после этих слов лумрен обернулся к Питеру, которого пока посчитал за главного среди нарнийцев, раз именно он в основном вёл беседу и принимал решения, - Позвольте представить, наш предводитель, Бастиан… Думаю, можете поговорить с ним о чём бы вы ни хотели… Бастиан, а вам позвольте представить наших гостей, это… эээ… я не помню как их всех зовут. – даже в такой прискорбной плохой памяти на имена Ломион сознался с серьёзной миной, подавив при этом виноватую улыбку, и вопросительно посмотрел на Бастиана, - Дополнительные указания будут? – с предводителем их движения Тэрэва пытался общаться осторожно, всё ещё опасаясь, что из-за его "тёмной" расовой принадлежности, если бы не приведший его в это движение Дэмиан, его бы давно попросили на выход…

Susan Pevensie: Берег--> Лагерь сопротивления Сьюзен, словно завороженная, смотрела на то, как исчезает корабль. Наверное, тот, кто не видел всего этого действа и уж тем более корабля, взглянув на морскую гладь, не сразу бы догадался, что там что-то есть. «Покоритель», конечно, не стал невидим полностью, но и с этим Тэрэва поработал на славу, скрыв корабль тенью. -Браво! – девушка, искренне удивленная, пожала плечами. Но и это было не все. Правда, за дальнейшим сеансом «средневековой телефонной связи» а-ля «Томас Эддисон нервно курит в сторонке», девушка не следила. Да и откуда ей было знать, что именно делает этот… колдун(?) - другого слова для описания загадочного островитянина Сью не находила. Когда все были готовы идти, Сью еще немного колебалась. Места здесь были незнакомые, а если им еще и глаза завяжут – то прости-прощай «Покоритель», экипаж и иже с ним. Разве что, если эти «повстанцы» действительно не замышляют ничего недоброго. Решмости ей добавила Льюси, которая, кажется, была уверена, что идти с этими незнакомцами стоит. Во взгляде младшей сестренки, взявшей ее за руку, было как всегда что-то доброе и всепоглощающее, то, чему можно полностью доверять, хотя… вряд ли теперь «сестренка» было применительно к Люси. Теперь она была уже почти взрослой и далеко не той маленькой девочкой, которая некогда открыла путь в Нарнию. Люси потянула Сью за руку и они пошли вслед за Питером и Эдом. Как ни странно, но вопреки обещаниям завязать путникам глаза, этого не сделали. Странный новый знакомец Ломион Тэрэва молчал всю дорогу, что только нагнетало обстановку. Собственно, от «своих» Сью тоже не слышала каких бы то ни было разговоров. Впрочем, ее больше волновали собственные мысли. Признаться, сцена с исчезающим кораблем ее воодушевила даже больше, чем двойное купание в морской воде. Постепенно к ней возвращалось чувство, что она дома – в этом мире ей самое место, не на Орисе, конечно, но дома – в Нарнии. Это ощущение слабело с каждым разом, когда она вновь оказывалась в Лондоне. Теперь же она вновь чувствовала себя той Королевой Сьюзен, которая вместе с сестрой и братьями правила замечательнейшей страной шестнадцать лет, той Сьюзен, которая вместе с сестрой и братьями помогла нынешнему Королю – Каспиану – взойти на трон Нарнии. Казалось, от этих мыслей она даже немного вытянулась, приобрела более статный королевский вид, словно напоминая себе, что она не просто «девочка-из-Англии». Потом в голове закрутилась какая-то мелодия, и девушка всю дорогу пыталась вспомнить, что бы это могло быть. Теперь она чувствовала себя более уверенно, чем на берегу, и даже вспомнила, как она когда-то вот так же шла по лесу в составе маленького отряда из семейства Певенси, возглавляемого гномом по имени Трампкин, их МД. Потом захотелось снова ощутить в руке свой лук и вспомнить, как звучит тетива, после только что отпущенной стрелы. А о том, что им недавно довелось пережить, девушка уже вовсе не думала. Когда путники достигли лагеря, Тэрэва сразу отвел их к Предводителю. На взгляд Сью, он ничуть не внушал доверия, как собственно и опасности. Скорее, его больше заботила общая цель, чем новоприбывшие, будь они хот сотни раз предсказанными спасителями. Впрочем, это было и правильно. Решив оставить главенствующую позицию Питеру, что, собственно, и имело место, без какого-либо участия Сьюз, девушка повернулась к сестре: -Не совсем то, о чем мы мечтали, верно? – все-таки это место не было Нарнией, которую сестры так любили.

Lucy Pevensie: Берег--> Лагерь сопротивления Она держала сестру за руку, вновь ощущая себя маленькой девочкой, той самой светлой малышкой, впервые открывшей сказочный мир Нарнии. С тех мор изменилось не многое, главным образом лишь возраст и внешность девочки, характер же оставался прежним, таким же светлым, как и тогда. Только сейчас это уже не малышка Люси, а красивая девушка, нарнийская королева, которая уже в свои пятнадцать лет не уступала своей старшей сестре в красоте. Ей было приятно держать сестру и осознавать, что она еще ребенок. Маленький, милый ребенок, все еще верящий в сказку. Когда она только взяла сестру за руку, то почувствовала, как так выпрямилась, насколько уверенными стали ее шаги. Вот она, нарнийская королева - Сьюзен Великодушная, которая, казалось бы, и никуда не исчезала, не пряталась за маску занудливой английской девушки, а всегда оставалась сказочной королевой. К сожалению, так не было. Как только Певенси вновь вернулись в туманную Англию, покинув волшебный мир Нарнии, Сьюзен вновь перестала верить в сказки, начала жить земными событиями и старалась не вспоминать с Люси, Питером и Эдмундом нарнийские приключения. В такие моменты Сью жутко напоминала Люси их кузена - Юстэса, то, каким он был до попадания в Нарнию, вот только Юс изменился позже, а Сью, наверное, не изменит уже ничего... В глазах юной королевы плясали задорные огоньки, ей не терпелось встретиться с новыми приключениями, людьми, местами. Она жаждала этих приключений, как никогда. Сколько дней в Англии девушка мечтала о возвращении в Нарнию, о новых приключениях, она каждый день жила мечтами и верила, что скоро все это произойдет, и вот, совершилось. Конечно, это было не совсем то, о чем девочка мечтала. Ведь... это была не Нарния, но, приключения обещали начаться совсем скоро, а раз уж это не Нарния, а никому не известный остров Орис, то эти самые приключения здесь будут еще интереснее, захватывающе, и, возможно, опаснее. Мысли о скорых приключениях невольно радовали Люси, все больше и больше раскрывая ее тягу ко всему неизведанному. Она не успела и понять, когда они прибыли в лагерь. Казалось, что они прошли всего ничего, и вот - уже на месте. Просто в своих мыслях девочка не запоминала дорогу и не могла уследить за временем, знаете, там, в наших мыслях, время идет немного по-другому. Да и к тому же, если бы Люси попросили рассказать, как они сюда дошли, она бы не смогла рассказать про их путь ничего. Но, это уже не важно. В любом случае, они были на месте. Здесь находился мужчина, такой же странный на вид, как и тот, что встретил их на берегу. Тэрэва, кстати, называл его Предводителем этих людей. Люси хотелось ему доверять. То ли просто от детской наивности, то ли она действительно чувствовала, что и эти люди смогут помочь им, и они этим людям. А в том, что помощь нужна и тем и другим, девочка уже успела убедиться. И так, к тому самому Предводителю сразу же обратился Питер, что порадовало девочку, ведь она думала, что Сьюзен, как всегда, начнет выяснять все подробности. Однако сестра лишь повернулась к девочке, а ее вопрос привел Люси в странное чувство, ведь только недавно девочка думала об этом. - Да, это не совсем то, но все же лучше, чем ничего, не правда ли? - Девочка широко улыбнулась своей сестре. Ведь действительно, этот странный Орис - лучше, чем туманная Англия, пусть даже он и не похож на такую любимую Нарнию. - И, нас ведь здесь ожидают новые приключения, что может быть лучше? - После этих своих слов Отважная королева и вовсе засияла. Все прекрасно знают тягу младшей Певенси к приключениям.

Artizar: » с берега внешний вид я его не указывала х): длинный мужской камзол, светло-серая блузка, брюки, завернутые у низких сапожек. Иногда мир напоминал алмаз. Сверкающий, такой привлекательный - да и еще, к тому же, дорогой. Во всяком случае, такие нелепые ассоциации проводила Артизар, сравнивая каждый новый оттенок на гранях грубоватого алмаза с очередным знакомым. И приходилось искать все больше и больше цветов, потому что дружелюбию и общительности девушки ограничений не было, и она твердо понимала, как иногда глупо смотрится, когда ведет себя, подобно ребенку. Она бы пробовала и другую маску, если бы не считала, что эта ей идет больше. На щеках и лбу уже даже четкие морщинки проложились от частых смеха и улыбок. - Я пойду в лагерь, ладно, Изабел? - подскочила Арти со своего места и размяла спину. Тут она заметила, что у подруги какое-то странное выражение лица, - Не обижайся! Пожалуйста. Я честно-честно буду себя хорошо вести. Она еще разок улыбнулась, обняла Изабел за плечи и мигом исчезла в воздухе. Через несколько секунд она уже была в лагере. Вероятно, стоило скрыть свои силы от пришельцев, но она была точно уверена, что те не заметили ее исчезновения. Правда, после такого скоростного перемещния пришлось еще немного подождать на пне. Пока текло время, она успела перездороваться со всеми повстанцами, находившимися дома, и только спустя достаточно долгий для непоседливой сильфиды срок прибыли нарнийцы. Немногим раньше вышел Бастиан, которому Артизар слегка поклонилась. Опять начались эти скучнейшие разговоры, и девушка перевела свое внимание на незанятых новоприбывших. Она внимательно осмотрела их вновь, пока не обнаружила знакомых лиц: король номер один (Питер, кажется), король номер два (Эдвин, нет? этот же еще необычайно смотрел на Изабел), королева номер один (Сьюзен, что ли) и королева номер два (имя которой Арти точно запомнила - Люси). К тому же, этот странный молодой человек с волосами цвета вороного крыла, бородкой и постоянными косыми взглядами на королеву номер один. Странные эти люди, нерешительные совсем. Поэтому Артизар решила повеселиться. Пока велись разговоры, которые сильфида слушала в пол уха, но все-таки слушала и даже слышала, когда кого-то или что-то упоминали, она не находила ничего очень умного вставить. Да и Бастиана она немного боялась. Тогда Арти вновь своим любимым способом перемещения оказалась с тем юношей и потянула его за волосы, до которых едва дотянулась. Она сосредоточенно посмотрела на него и сделала выводы: - Человек, - заявила она, - Ты же человек, да? Так вот, человек, как тебя зовут? Ты тоже король, как эти странные люди в странной одежде и со странными манерами? - она расслабилась и отпустила локон, впирая руки в бока.

Caspian X: <-- Морской берег Кажется, король ненадолго выпал из времени и пространства. А чем еще объяснить тот факт, что он не помнил дороги с пляжа до лагеря сопротивления? Только тем, что он, смотря на спину Сьюзен, выглядел как полный идиот. И о чем он только думал, позвольте спросить? Ни о чем. Ни о чем, кроме нее. Он - то думал, что все кончилось три года назад, когда Пэвенси уходили из Нарнии. Тогда она была близко, тогда она даже его поцеловала. Забавно, но это был его первый поцелуй. Образ королевы - амазонки преследовал его в ночных грезах, в мимолетных видениях - черты лица расплывались, оставались только голос, руки, водопад волос, вкус губ. Этого он не смог бы забыть даже при всем желании. Да он и не стремился, по правде говоря. Когда он уже смирился с тем, что она ушла навсегда, они вернулись. Ну вот и как ему теперь себя вести? Великий Аслан, это испытание было слишком изощренным и бессердечным. Каспиан отвел взгляд и принялся озирать окрестности. Небольшие домики - палатки, кострище, вокруг деревья. Обычный лагерь. Обычные люди со странной аурой. Голова зачесалась еще немилосерднее, губы пересохли и припухли от соли. Хотелось пить. Король подошел к колодцу и попросил у ближайшего человека воды. Напившись, он поступил с остатками странно - вылил их на голову и с ожесточением потер, стирая соль. Стало немного легче, и Каспиан, миновав переговаривавшихся Сьюзен и Люси, подошел к лидеру Независимых. -Рад приветствовать. Спасибо за то, что приняли нас, - пожав руку и слегка поклонившись, король отошел обратно к колодцу, предоставив четверым Пэвенси полную свободу действий. Не то что бы он не чувствовал себя королем в их присутствии - когда Питер начинал говорить, Каспиан терялся и снова становился застенчивым мальчишкой. Чувство, впрочем, не сразу, но перебарывалось. Король задумался об экипаже "Покорителя Зари" - удастся ли всех разместить? Как лучше предупредить Рипичипа о том, что драки и дуэли здесь нежелательны? Что делать с раненым Дринианом? Когда Каспиан отходил, тот все еще был без сознания. Не то что бы юный король не доверял наядам и дриадам, но... Мысли были прерваны появлением той самой девушки, что смотрела на него в лагере. Она появилась словно бы из ниоткуда - тоненькая, невысокая, кажущаяся еще более хрупкой чем есть на самом деле в этом своем мужском костюме корабельщика... Девушка обошла Каспиана вокруг, рассматривая со всех сторон. Затем рассмеялась (с таким звуком, будто бы серебряный колокольчик, звякнув, упал в траву), потянулась на носочках и дернула его за волосы - несильно, словно бы пыталась понять, из чего они сделаны. Все это страшно напомнило Каспиану старинные обычаи смотрин невест и работорговлю. Его рассматривали как хорошую лошадь перед продажей. Король залился краской, опустил взгляд и аккуратно отвел пальчики девушки от своих волос, смущенный донельзя. Поднял взгляд и принялся слушать то, что она говорила. Девушка по - прежнему смотрела в упор, подпирая руками бока, что выглядело крайне забавно. Каспиан слабо улыбнулся. Краска с лица медленно сходила, но юноша все еще был смущен таким пристальным вниманием к своей персоне. -Строго говоря, я тельмарин. Но тельмарины тоже сыновья Адама, - пожал плечами молодой человек. - Да, вы правы, я король. Зовут меня Каспиан. А как ваше имя, красавица? - король поцеловал девушке руку.

Daniel Ortega: » Орис » Морской берег. Даниэля, в общем-то, практически не волновало, останется ли кто-нибудь из новоприбывших на берегу, или пойдет в лагерь. Конечно, было бы нехорошо, если бы они попали в плен – от них враг мог бы узнать что-нибудь полезное – но возиться с ними? Увольте. Игнеус никогда особенно не верил во всякие предсказания и прочую муть – и считал, что победу в войне с тираном им должны были принести не неопределенные пророчества, а вполне конкретные пропаганда и, как следствие, народный бунт. Вот только руководство пока как-то не особо занималось подталкиванием населения острова к революции… Тем временем толпа народу, с которой шел и Даниэль, наконец-то дошла до лагеря. Останавливаться никто не стал, сразу двигая к ожидающему отряд Бастиану. - Пришли. – констатировал и так очевидный факт Ломион, указывая на предводителя. Даниэль неопределенно хмыкнул, резко втыкая глефу в землю и опираясь на нее. Пожалуй, сейчас его больше всего интересовал один вопрос – насколько легко будет обнаружить лагерь по оставленным всей этой толпой следам. По идее, сейчас предводитель должен был послать кого-то зачистить дорогу. Он неодобрительно глянул на несколько заискивающего перед Бастианом Ломиона. Вообще, стоит заметить, что особо трепетного отношения к кому-либо из руководства Сопротивления у саламандра не было – как и вообще к кому-либо. Он, конечно, признавал, что эти существа в данный момент лучше справляются с управлением собранным народом, но, как он считал, это не давало им права считать себя выше, например, воина, идущего в бой или саботера, подрывающего инфраструктуру врага. Игнеус прищурился, глядя на солнце. Пожалуй, перекусить и выпить бы сейчас не помешало – тем более, что его дежурство все равно как раз закончилось. Но для начала стоило все-таки разобраться, чем эти всплывшие могут помочь Сопротивлению – и могут ли вообще.

Sofir: Первый пост Её снова где-то с самого утра носило по лесу. Ир не была в курсе предсказания, но сегодня день, похоже, выдался удачный и поэтому помимо целебных трав, которые могли пригодиться, были немного пополнены запасы провианта за счёт мелкой дичи и съестных даров леса. Эти леса Софир знала хорошо, она росла здесь и проводила достаточно времени после гибели родителей. От мысли о родителях взгрустнулось и пропало всякое желание и дальше гулять по лесу одной: сразу вспоминались места, где они бывали с матерью, их заветные полянки и мамины наставления. Поправив на плече сумку, некогда зачарованную заклятием пятого измерения одним магом Ира отправилась в лагерь, сливаясь с потоком воздуха, дабы не оставить нечаянно лишних следов. Ветер словно разговаривал с ней, хотя говорить в прямом смысле он не может, но ещё до появления в лагере, он словно оповестил девушку о том, что у них гости. Разные шорохи, едкий запах морской соли и кожи и просто новые едва уловимые нотки запаха, исходящего от чужеземцев, витали в воздухе Приняв физический облик, полукровка бегло осмотрела лагерь взором васильковых глаз: быстрый поклон, словно лишь дань в адрес Бастиана и Ломиона, приветственный жест её почти отцу, который. Кажется, был увлечён своими помыслами, и внимание Софир переместилось на гостей. «Ну, вот, наш пострел везде поспел» - губы девушки дрогнули в усмешке, когда она увидела свою подругу, беседующую с молодым незнакомцем. «Конечно, надо ещё дольше гулять по лесу, тогда есть вероятность вообще всё на свете пропустить да ещё и без ужина остаться» - полукровка сложила руки на груди и отправилась в сторону подруги. -Доброго дня, Артизар, - поздоровалась девушка с подругой, мягко улыбаясь. Пожалуй, именно она была здесь родственной душой больше, чем остальные, ведь Артизар тоже была сильфидой, и это играло большую роль для Софир, - Извини, если я вам помешала. Взгляд внимательных, чуть лукавых васильковых глаз переместился на молодого человека. Довольно высокий рост, правильная осанка, влажные от воды волосы чуть завивались в мелкие пряди, карие глаза лёгкая небритость… На миг Ира представила, что будет, если этого молодого человека, проведшего на солнце не один день, сейчас побрить, и её губы тронула усмешка, ибо как известно, такая небритость плохо пропускает солнечный свет, а значит… Значит лучше ему не бриться, если он не хочет, чтобы остальные узнали, насколько светлой была него кожа раньше, до солнечных ванн. - Как я понимаю, вы и есть наши гости? Меня зовут Софир, - представилась девушка, - Могу ли я узнать, среди прибывших кто-то нуждается в помощи? Я целитель и могла бы помочь, если на то есть необходимость… Выдержав паузу, позволившую и гостю представиться, взгляд вновь переместился на подругу, мешать откровенно не хотелось. - Вобщем, если моя помощь понадобится, то Арти вам подскажет, где меня найти, не так ли? Уж кто-кто, а Артизар прекрасно знала домик на дереве, который занимала Софир. - Всего доброго, - улыбнулась полукровка на прощание и поспешила к отцу. Положив узкие ладошки на плечи Даниеля, девушка обошла его и села на корточки напротив. - Я вернулась, отец, - называть Даниеля отцом девушка предпочитала лишь в неформальной обстановке, когда мало кто интересовался их разговорами. - Давно чужеземцы пришли? – кивнула она в сторону гостей, внимательно вглядываясь в суровое лицо мужчины, словно пытаясь понять, о чём он думает. - Я тут…, - девушка похлопала по сумке, где лежала дичь, - Не с пустыми руками вернулась. Думаю, к обеду пригодится. Они, вероятно, голодны. А ты сам? И будут ли распоряжения на счёт оставшихся гостей? – Софир кивнула в сторону девушек, - А то, как вижу, Арти уже успела произвести раздел имущества, - полукровка шутливо надула губы, хотя, конечно, всерьёз на подругу не обижалась, а перед глазами до сих пор стоял образ темноглазого молодого человека, будто она до сих пор говорила именно с ним. Внешний вид: песочного цвета туника с короткими рукавами, подпоясанная золотистым шнуром. Тёмно-коричневые узкие штаны, заправленные в высокие сапоги того же цвета. Чёрная сумка через плечо. Волосы небрежно собраны в хвост золотистой лентой.

Madeleine Bellar: --- вообще с корабля, но будем считать, что с берега. Нимфа уже соскучилась по любимой Нарнии. Ей так хотелось вернуться туда и забыть этот шторм и эту странную землю с незнакомыми людьми. Как же было не по себе от одной мысли, что они тут застрянете надолго. Все время, что они были на берегу, она стояла в стороне и размышляла о своем нежилая встревать в разговор с незнакомцами. Хотелось зажаться в темный угол и просидеть там до того момента, пока не надо будет возвращается домой. Всех незнакомых она окидывала волчьим взглядом и сторонилась, лишь бы не подходили ближе и не задавали вопросов. Ну вот что мы тут забыли? Кто все эти люди и что им надо? Почему все так спокойно себя ведут, как будто ничего и не произошло? Очнувшись от размышлений, девушка заметила, что все куда то направились и пошла за ними, не стоять же ей на берегу одной, ведь они, скорее всего туда надолго. Она прислушивалась к перешептыванию нарнийцев и поняла, что многие из них нервничают. Да она тоже была не слишком спокойна. По телу то и дело бегами мурашки и нимфа чуть ли не дергалась от каждого резкого или громкого звука. Нет, она не была дерганой, просто столько событий за столь короткое время давали о себе знать. Ей бы сейчас прилечь и вздремнуть, что бы восстановить силы и нервы. Все больше и больше, она снова уходила в свои мысли. Солнце, которое светило высоко на небе приятно грело ей кожу и еще больше клонило в сон. Ох… как же она устала. А если так прикинуть, то тут не так уж и плохо – подумал наяда про себя, и ухмыльнулась – Интересно, куда мы все же идем? Наверное, надо было все таки хоть немного вникнуть в разговор и не терзать себя догадками… Посмотрев вперед, нимфа увидела там своих Королей и Королев и успокоилась окончательно, ведь если с ними все нормально, то и остальных пока трогать не будут. Все шушукались между собой и настороженно оглядывались по сторонам, а девушка спокойно шла и размышляла о том, что может ждать их впереди. Кто-то из команды легонько дотронулся до ее плеча, и показал пальцем вперед. Они были почти на месте, а потом и вообще остановились. Нимфа сделала глубокий вдох, а потом выдохнула и только сейчас до нее дошло, что она не видела как шли рядом ее сестры. Она озадачено обернулась назад, но так и не увидела их. Неужели они остались на пляже? Наяда захотела отправиться обратно, что бы убедится в этом, но потом поняла, что совершенно не помнишь дороги и решила, надеясь на то, что с сестрами все в полном порядке и они скоро прибудут сюда. ребят, извините за мелкий пост полный воды, обещаю восстановиться потихоньку и писать нормально х)

Annabelle IV: начало игры. повторное. Все произошло слишком быстро. Ветер, смешанный с соленой морской водой заставлял зажмуриться от боли, не давая толком понять, что происходит. Все вокруг было смазанным: лица, голоса и толчки корабля. Аннабель не могла ничего предпринять, не видя ровным счетом ничего. Она стояло у борта и в первые же минуты её с головой накрыла волна. Сила удара сбила девушку с ног. Она не могла произнести ни слова, так как жизненно важный процесс дыхания был приостановлен водой и солью в её легких. Девушка не успела ухватиться за что-либо, а в следующий момент почувствовала еще один резкий толчок и острую боль в области груди. На неё упала бочка. Спиной она чувствовала собственный лук, и каждый миллиметр колчана из слоновой кости и серебра. Большие узоры больше не казались ей красивыми, только причиняющими дополнительную боль. Воспаленный мозг отчаянно стимулировал хоть какую-то деятельность, но она ни к чему не приводил, а тем временем воздух понемногу иссякал. Она оставила любые попытки освободиться и приготовилась медленно потерять сознание и пойти ко дну. Но её сил оказалось больше, чем она предполагала. Дальнейшие события она видела сквозь пелену тумана, но видела! Чьи-то сильные руки обхватили девушку за талию. Она видела только руки, но не лицо. Руки были на удивление горячие, по сравнению с холодной морской водой. В сознании промелькнули удивительные голубые глаза, которые она, к сожалению, не запомнила, за исключением их удивительной и манящей красоты. Белль даже не могла толком передать, какого цвета они были. Девушка только могла поклясться, что это был не её брат. Но разгадать особу незнакомца она тоже, увы, не могла. Руки крепко держали её, сопротивляясь обломкам корабля, шедшим ко дну. Руки резко вытолкнули её беспомощное тело наверх, и девушка почувствовала, что рядом уже никого нет. Это была её последняя мысль, а затем голова Аннабель оказалась над водой. Воздух. Она вновь могла дышать, и это было главное. С болью, скорее приятной, тело избавлялось от воды в легких. Она открыла рот и начала дышать. Разум снова был чист и требовал действий. Белль с непонятно откуда взявшейся силой гребла руками и ногами в сторону берега. Сапоги, невероятно тяжелое платье, корсет, который мешал дышать полной грудью, кинжал и лук со стрелами, некоторые украшения тянули её ко дну, но, к счастью, скоро она почувствовала под ногами песок. Дно. Она была на берегу. Аннабель оглянулась по сторонам и увидела вдали брата, с ним все было хорошо, а значит, она могла расслабиться. Девушка встала на колени и закрыла лицо руками, успокаивая дыхание и сердцебиение. Несколькими минутами позже она уже могла встать. Она выжала юбки своего платья и избавилась от воды в сапогах, вид которых уже не был столь презентабельным, но, впрочем, могли исполнять свою главную функцию. Белль попыталась привести свои волосы в порядок, но все её попытки оказались тщетны: из-за воды и соли из чудесных локонов её прическа превратилась в буйные темные мокрые кучери. Теперь она могла думать. Где они? И кто тот незнакомец и был ли он вообще. Никто из команды не погиб, а значит, она должна его знать, но это не её брат, кто же тогда? В раздумьях она побрела, обхвативши себя руками, к компании правителей, странно скопившейся, и обнаружила, что там её брата не было. Особа спасителя осталась, все так же, покрыта тайной, но она узнала достаточно важной информации о месте, куда они прибыли. Девушка, молча, встала рядом с Каспианом, также молча, они шли рядом по пути в лагерь. Она была не совсем в состоянии вникать в диалоги, её присутствие было необходимо, но здесь и так было столько правителей, она считала, что они как-то уж, да и разберутся. Все-таки странным было отсутствие её брата, ведь среди оставшихся на берегу, она тоже не успела его заметить. Это её беспокоило, но Анна уже привыкла к такого рода поступкам принца Орландии, потому продолжала спокойно идти, наблюдая за происходящим.

Taareth II: Все это время и без того молчаливая Таарет старалась держаться поодаль, хоть и слушала разговоры максимально внимательно. В компании с такими высокопоставленными особами было глупо лезть вперед. Как только шум моря остался позади, лес стал казаться единственным существующим пространством острова: бархатная кора столетних деревьев неизвестных пород была сырой у земли, и сухой и потрескавшейся - выше. У узких листьев был пряный, терпкий запах, и решив, что они могут идти в пищу, Таа сорвала парочку, припрятав в карман до удобного случая. Ее увлечение ядами тоже никуда не делось, и неизвестным растениям в любом случае нашлось бы применение. Папоротники доставали до пояса, и меж ними то и дело мерцали, как звезды, цветы на тонких ломких стеблях, невероятной расцветки - казалось даже, что они слегка светятся. Рыхлая земля пружинила под ногами, но принцесса, доверившись этим ощущениям, пару раз чуть не поранила ногу, внезапно опускаясь ступней на некстати подвернувшуюся опавшую ветку. Впрочем, даже это не заставило ее поморщиться. Изнеженная девушка изо всех сил старалась соответствовать всем тем, кто так храбро вел себя сегодня. Вот, наконец, показалась поляна. Каждый словно знал, что надо делать, и нашел себе применение. Поначалу Таа нерешительно стояла неподалеку от Каспиана и озиралась. Незнакомцев было больше, чем ожидалось. - Я чувствую себя неловко среди незнакомых существ, наделенных столь могущественными талантами. Разве можем мы чем-то помочь им? - проговорила она, обращаясь к Каспиану, но оборвала себя на полуслове, когда к ним приблизилась светловолосая девушка, чей облик нельзя охарактеризовать иначе, чем небесный. Улыбнувшись краешками губ, Таарет пронаблюдала за ее действиями, но по этому поводу никак не высказалась. Madeleine Bellar Решив не отвлекать короля от новых знакомств, Таарет слегка поклонилась, извиняясь за спешную перемену локации, и быстрым шагом подошла к Мадлен, пока к ней не полез еще кто-нибудь по какому-нибудь срочному делу. Принцессе просто необходим был кто-то рядом. - Как тебе новшества? - оказавшись неподалеку, девушка положила руку на плечи нимфы, сощурилась и проговорила: - А ты можешь определять, кто из наших гостеприимных островитян каким талантом наделен? Это видно как-нибудь? Кстати, Мадлен, я очень сильно хочу есть. Смотри, вон та молодая женщина с льняными волосами...да-да, во-он та, она назвалась Софир - кажется, она местная целительница. Как думаешь, может, она исцелит наши голодные желудки? Я уже думать ни о чем не могу, кроме дичи со специями, а это не дело. Не поедим, так хоть начнем помогать готовить - всё дело...

Peter Pevensie: Странно, как после минувших происшествий ноги вообще подчинялись Питеру? Они, как минимум, должны были подкашиваться. Так думал сам молодой человек, чьи ожидания по поводу конечностей не оправдались. Хоть и работали они по большей части на автомате. Словно некая привычка… Вечный двигатель. Усталость была чересчур ощутимой. Возможно, это из-за пережитого стресса, связанного с кораблекрушением, которое могло закончиться и с потерями, чего, слава богу, не произошло. Уж слишком много на борте было дорогих парню людей. Он невольно дёрнул головой. Мысли вернулись в реальность и пробежались на переменившейся местности. Теперь это был лес. Сразу же обозначились минусы: куда податься в случае облавы? Взгляд направился в сторону сестёр, но в итоге сфокусировался только на Люси. Может, стоило уговорить её остаться на берегу? Но кто даст гарантии, что там безопаснее?.. Сьюзен то сможет за себя постоять, в этом даже сомневаться глупо. Но поток размышлений тут же прервался, стоило Питту наткнуться на две пары глаз девочек. Он растеряно улыбнулся им и посмотрел вперёд. Туда, где поблёскивали блеклые огоньки. Явно лагерь… Рука молодого человека скользнула к поясу, но… ничего там не обнаружила. Вот это плохо. Веспер осталась у корабля. «И чем я, спрашивается, думал?» - громко выдохнул Певенси и краем глаза заметил рядом идущего Ломиона. Ничего в нём, пока, не выдавало скрытого умысла. Остаётся надеяться, что такового и впрямь не существует. Питер криво усмехнулся. «Можно подумать, в этом мире, как и в любом другом, можно кому-то доверять…» - подметил про себя парень, погрузившись в себя, не забывая при этом хоть изредка, но обращать внимание на окружающие вещи. Поход занял не так уж много времени и сейчас Певенси мог в полной мере изучить условия проживания Независимых. Сразу видно, что время от времени народ меняет своё местоположение. Видимо, внутренняя политика сможет заинтересовать Питта и даже очень. А вот тот, кто посвятит в неё парня, стоял у входа в лагерь. Этот факт, как и с тем, что небольшая группировка прибыла, констатировал Тэрэва. Король протянул Бастиану руку - Рад знакомству с Вами. – чуть хрипловатым голосом произнёс молодой человек, - Собственно, часть нашей команды, потерпевшей крушение, к Вашим услугам. Благодарю за отзывчивость к нашему положению и помощь. Моё имя – Питер, и я бы хотел поговорить с Вами, Бастиан, чем раньше, тем лучше. – «… Или меня уже никто не добудится…» - мысленно закончил парень и краем глаза взглянул на Каспиана. Присоединится ли он к ним – его дело. Во всяком случае, его присутствие будет на пользу и здесь и тут, с девочками. Это, пожалуй, единственный человек, кроме родных, которому Питт доверял.

Artizar: А он оказался приятным человеком. Нет, вы можете поверить - приятный человек среди чужеземцев! Артизар трудно принимала новых людей, но когда в ней пробуждался интерес, она узнавала все то, что ей хотелось узнать. Она доходила до крайний мер, дергала за волосы, слушала проклятия в свой адрес, но все равно, как бы там ни было, после всех мук человек обязан был ей перечислить: 1) имя; 2) что за существо; 3) должность; 4) все свои самые главные заморочки, чтобы больше не касаться их в разговорах. Если, разумеется, после опытов сильфиды жертва оставалась живой-*более-менее* невредимой, ну а самое главное - имела хоть какое-то желание с ней контактировать. Артизар заметила испуганный взгляд нового знакомого и заулыбалась еще шире, хотя, на самом деле, куда. Она не понимала, что в ней может насторожить: маленькая, тоненькая девочка ничего особенного сделать не могла, если не учитывать ее магию и особенный дар: пронырливость и туда, и сюда. Но об этом мало кто знал. Затем юноша стал нести какую-то чепуху про «топтаринов» и детей какого-то (наверняка очень-очень известного) Адама. Артизар немного краснела, потому что не знала этих слов, что ее ужасно смущало, пока не встретила в речи - как его? - Каспиана родные слова. - Я не знаю никаких топтаринов и Адамов, но - вы не поверите! - я поняла, что вы имели в виду. Да, вы сказали «да», значит вы тоже обычный человек. Это чудесно! - ее глазки лукаво сверкнули от восторга, но затем она приняла на себя печальную маску, - Ваше Величество, - она поклонилась в ноги, - я, честно сказать, надеялась, что вы скажете нет - раздражают все эти формальности с поклонами и титулами. Но вы обладаете аристократическим профилем, да и одежда… Тут ее речь прервали. Светловолосая бросила поначалу недружелюбный взгляд на это существо, но затем ее лицо озарила вежливая улыбка: - Софир, и тебе яркого солнца и свежего ветра в этот чу-удесный день! - воскликнула она, но дальше полукровка стала говорить сама, и Арти решила умолчать. Конечно, все были в удивлении от пришельцев, и каждому нужно было вставить свою лепту в налаживании контакта. Она кивнула на прощание подруге и снова перевела взгляд на короля. - Это моя хорошая подруга, ее зовут Софир, она наполовину сильф, как я. А у вас есть сильфы? - с неумолимым любопытством осведомилась Артизар. Ведь она видела каких-то девушек на берегу, которые прямо дышат природой. В них была какая-то родственная частица… но девушка никак не могла ее уловить всей душой, когда каждый сильф имел с ней свою связь, саламандр так и хотелось «потушить», ундинов же по-дружески зажать в объятиях. Именно где-то в глубине души, и сильфида не могла это контролировать. - А почему вы так на меня смотрите, король Каспиан? - взгрустнула Арти, заметив тот же самый испуг на лице юноши. Он как будто что-то вспоминал, но никак не хотел, чтобы эти воспоминания находились.

Madeleine Bellar: Она перестала думать о сестрах в тот момент, когда кто-то спросил ее о новой обстановке и положил руку на ее плече. Она метнула резкий и холодный взгляд, на того, кто этот сделал и в мгновение ока смягчилась и улыбнулась принцессе Таарет. - Честно, мне не особо тут нравится, я не привыкла к таким резким переменам обстановки, да и еще тревожусь за сестер… - она говорила так тихо, что ее слова могла расслышать только принцесса. Мэд снова посмотрела в ту сторону, откуда они пришли и разочаровалась, когда не увидела там сестер. С каждым мгновение она все больше и больше хотела вернуться на берег и посмотреть, все ли с ними в порядке, но увы, она не следила за дорогой по который они шли. Если она пойдет сейчас, то вполне может заблудиться, а это ей тоже не в радость было. Из раздумий ее снова вывел голос Таарет. - М… я могу лишь сказать, что в некоторых чувствую такую же природную силу и гармонию и все. Что они за существа, я не знаю, к сожалению. Хотя не прочь бы узнать. – С легкой улыбкой произнесла наяда. Ее взгляд приковала, белокура девушка, которая так и крутилась вокруг короля Каспиана. Позже она заметила еще одну белокурую девушку по имени Софир, на которую указала ей Таарет -Вы хотите есть? – переспросила у нее нимфа и недоверчиво посмотрела на Софир - Конечно, я сейчас же спрошу у нее про еду… - Мэд двинулась легкой походкой вперед и подошла к Софир. Сделав глубокий вздох произнесла – Извините, я понимаю, что с нашей стороны это может показаться наглым, но у вас нет какой-нибудь еды или то, из чего ее можно приготовить? Принцесса проголодалась, а все нашли припасы остались на корабле…- закончив говорить, нимфа через плече посмотрела на принцессу и жестом попросила подойти. -Ох, да, я забыла представиться. Медлен Фейри Беллар. – зачем она назвала свое полное имя, даже для нее было не непонятно. – а это принцесса Тархистана- нимфа указала на девушку позади нее - Таарет Вторая – она снова выдохнула. Голова немного стала побаливать. Наверное, пережитое ей сегодня, снова давала о себе знать. Да что уж так, ведь нимфа вообще не узнавала себя сейчас. Сама нежность и вежливость. Наверное, она действительно просто устала, вот и все. -И можно еще стакан воды… - слегка охрипшим голосом от резко навалившейся головной боли проговорила нимфа. Когда Мадлен сказала про воду, то сразу вспомнилось то, что произошло в море. Вода не слушала ее, как будто и не водой была вовсе. В тот момент ей показалось, что это и не вода была, а что-то другое, но увы... воды была водой. Но все-таки, нимфе было не понятно, почему вода не хотела ее принимать? В Нарнии было все по другому. Вода была частью наяды, а тут как будто была не другом, а врагом. По телу нимфы от этих мысли побежали мурашки, и она попыталась отвлечься, но на смену мыслям о воде пришла новая волна тревоги о сестрах.

Storyteller: Имя: Дэмиан - Damian Возраст: 25 лет Раса: полукровка, маг (вторая ступень) Описание: Один из лидеров Независимых, один из первых, кого призвал "под своё знамя" Бастиан, лидер движения. Причиной тому послужило родство с прежними, ныне мёртвыми Независимыми. С довольно раннего возраста (около 15ти лет) был отдан в магическую школу и, относительно недавно получил вторую ступень. Так же "примечателен" тем, что вместе с собой в организацию притащил представителя расы лумрен - Ломиона. Способности: классическая магия второй ступени; меч, метательное оружие. Внешность: Ian Somerhalder Они не шли медленно, как было бы положено людям, выполняющим сходные обязанности… но и не бежали со всех ног – не позволяло уважение и груз. Груз, который они предпочли бы никогда не поднимать: на импровизированных носилках они несли ещё недавно говорившего и дышавшего человека. Ещё недавно державшего в руках меч и пытавшегося защитить их от солдат короля, так некстати оказавшихся в одном с ними лесу. И ещё недавно бывшего их лидером. Ценой его жизни они остались живы сами, но сейчас… о, сейчас каждый сомневался, а стоила ли его, лично его жизнь жизни отданной взамен? И каждый прикидывал: а что скажет предводитель, узнав о смерти первого своего соратника в этой второй волне восстания? А что скажут остальные Независимые? Даже обычные, что уж там говорить о лидерах… Ведь это они должны были защищать его, а не наоборот… Но кто сейчас возьмёт в расчёт то, что выбора не было? Что они – простые воины, а он был магом? И что он предпочёл смерти от меча вместе со всеми смерть от магического истощения, но только вместе с врагом?.. Носилки опустились на землю в центре лагеря и самый молодой из них, семнадцатилетний многоликий, не выдержал этого несколько-часового груза, не выдержал этого повисшего давящего молчания, упал на колени и закрыл лицо руками, пытаясь скрыть постыдные, как он считал в силу своей юности, слёзы. - Мы виноваты, - мрачно констатировал другой из них, сорокалетний человек, явно больше привыкший к трупам, чем остальные, и откинул скрывавший до этого тело покойника плащ, открывая уже белое и остывшее лицо… они даже умудрились забыть закрыть остекленевшие глаза Дэмиана, второго среди лидеров Независимых.

Caspian X: Неземное существо продолжало тараторить. Казалось, девушка была везде и сразу - где - то улыбка мелькнет, где - то голос послышится. Каспиан почувствовал небольшое головокружение - быстрота реакций его сбила с толку. А потом он принялся прислушиваться. Сильфида. Вот кто она такая. А я - то думал, почему аура текучая. Они все так или иначе сильфы, связаны с воздухом или водой. Мимо прошли Мэделин, Ти и Аннабель. Мэделин явно была чем - то расстроена, но король решил не тревожить ее понапрасну. Захочет - сама расскажет. Нимф - наяд опасно отвлекать - или тебя может запросто снести таким потоком, что вовек не отплюешься (Каспиан знал не понаслышке - как - то попал наяде под горячую руку. Мэдди потом долго извинялась, но случай сей король запомнил надолго). А потом к новой знакомой подошла еще одна девушка - очень похожая на нее и внешностью и аурой. Тогда - то Каспиан узнал и имена обеих. -Значит, вы Артизар, - задумчиво протянул король. - Красивое имя. Тельмарины - нарнийская раса, а сыновьями Адама и дочерьми Евы называют людей. Впрочем, не думайте об этом, - Каспиан не успевал отвечать на вопросы. - Не думайте о том, что я король, прошу вас. И не кланяйтесь понапрасну. Девушка по имени Софир отошла, кинув на него напоследок взгляд из - под ресниц, и король задумчиво посмотрел ей вслед. Она назвала себя целительницей. Появился шанс на помощь - состояние Дриниэна все еще внушало королю серьезные опасения. -Сильфов у нас нет, - пробормотал юноша, переводя взгляд обратно на Артизар. - Честно говоря, я читал о духах воздуха только в книгах. Но у нас есть наяды и дриады. Давным - давно старушка - нянюшка Каспиана рассказывала ему о Нарнии в сказках. И говорила о том, что в Нарнии были духи воздуха, пока не пришло Зло. Тогда - то они и ушли, и ни одного из них в Нарнии больше не осталось. Их в Нарнии и правда больше не было, хотя сказка и обернулась правдой. Вопрос Артизар привел его в чувство, и король поспешно перевел взгляд на дерево, стоящее за сильфидой. -Я задумался. Простите меня, - он аккуратно сжал ладошку девушки, которую так и не удосужился выпустить. - Скажите, а где живет ваша подруга? Один мой друг серьезно ранен, нам нужна ее помощь.

Sofir: Толком поговорить с отцом так и не удалось, впрочем, это было не ново. Спокойный взгляд васильковых глаз переместился на подошедшую незнакомку. Где-то на грани сознания мелькнуло сравнение с молодым человеком, с которым Софир несколько минут назад говорила у колодца. Эти двое казались ей разными, разными настолько, как отличались Даниель и сама же полукровка, может, даже больше. - Ничего страшного, - предельно вежливо отозвалась девушка, - Мы как раз обсуждали этот вопрос с Даниелем, поскольку понимаем, что вы голодны и устали и просим прощения за заминку, - приложив ладошку к груди, Софир чуть склонила голову, но этот жест не казался картинным, поскольку был искренним. Девушка легко поднялась на ноги, бросая на Даниеля полувопросительный, как бы просящий одобрения взгляд, и снова посмотрела на Мадлен, - Можете звать остальных… «Принцесс-не принцесс, уж не знаю, но если гости хотят есть, надо накормить…» - В принципе, если желаете, то ваша помощь не окажется лишней. Пойдёмте…, - однако, тут Софир немного помедлила. Её внимание привлекла процессия, заходящая на территорию лагеря. Ещё издали, когда она не могла разгледеть, что именно случилось, внутри всё сжалось от неприятного предчувствия. «Неужели поздно?!» - взгляд полоснул по носилкам, но никто не бежал, не звал её, не суетился вокруг, всё было полно тревожной скорби. Да и полукровка, когда процессия с носилками остановилась, узнала того, кто пал очередной жертвой в рядах Независимых. Резкий порыв взметнулся вокруг, ударяя в лицо самой Софир, а по лицу прошла тень, словно это была личная трагедия полукровки. Да по сути так оно и было, поскольку Демиан был вторым среди лидеров, а смерть его была слишком сильным ударом для Независимых. Вся надежда оставалась только на чужеземцев. Но на лице девушки не дрогнул ни один мускул – она уже достаточно видела смертей, чтобы выражать свои эмоции при всех. Может быть потом, может быть после, когда будет одна, но сейчас долг превыше всего. А сейчас её долгом было заняться гостями. - Пойдёмте, - всё тем же ровным тоном повторила она, уже готовая развернуться и направиться к походной кухне, но просьба гостьи остановила и заставила нахмуриться, - Вам нехорошо? Может быть, я могу помочь? «Пока ещё здесь не стало поздно…» - Софир слишком часто винила себя в том, что не умеет воскрешать людей к жизни, но её мать всегда настаивала на том, что это удел тёмных, да и никогда не вернуть умершего обратно полноценно, на это способны лишь воистину великие чародеи. - Вода есть на кухне, - полукровка отправилась к кухне, периодически оглядываясь на Мадлен и остальных. Попросив тех, кто сегодня готовил, принести воды гостье и что-нибудь перекусить, Софир отдала им дичь и вспомнила, что сама-то не представилась толком. - Ах, да, извините… Очень приятно, Мадлен. Моё имя Софир. Надеюсь никто не возразит пока просто перекусить, а чуть позже на счёт скромной жареной дичи с овощами? – полюбопытствовала полукровка. А то она не могла знать, чем предпочитают баловать себя принцессы. - А откуда вы все прибыли к нам? – Софир прислонилась к дереву, обводя взглядом всех гостей, которым уже принесли поесть.

Bastian: Признаться, ситуация с неожиданными гостями из-за моря, привела мага в некоторое замешательство и по большей части оно было связано с тем, что героями из пророчества оказались дети…Необычные, со странной аурой, но дети. В прочем, Бастиан не спешил судить пришельцев лишь по внешнему виду. В конце концов, даже в самом маленьком тельце, может быть заключен сильнейший дух, да и по поведению и разговорам было ясно, что эти самые «дети» представляют собой важных персон. – Вы пришли как раз вовремя. Сказал маг, обратившись к Ломиону. - Несколько минут назад наши разведчики сообщили, что из замка Баррета выдвинулся отряд воинов и я рад, что вы с ними не повстречались. Хоть и не без доли недоверия, но в общем Бастиан достаточно спокойно относился к лумрену, потому как не слишком уделял внимание расовым различиям в движении Сопротивления. Каждый имеет право бороться за свою свободу и тут уже неважно кто он: маг, лумрен, саламандра, или же сильф. Маг оглядел существ, пришедших следом за Ломионом. Они выглядели очень уставшими и потрепанными, но держались очень стойко, а один из них, протянул Бастиану руку. – Рад приветствовать Вас в нашем лагере. Проговорил Бастиан, вежливо улыбнувшись и пожав руку высокого темноволосого юноши. На вид он казался самым старшим и потому главным из пришельцев, но как оказалось, это было не совсем так, и следующим с Предводителем Независимых поздоровался юноша с более светлым цветом волос. Волшебник вздохнул. Сейчас перед ним предстояла задача объяснить, что к чему на этом острове и сложность состояла в том, как именно воспримут гости из-за моря его слова. – Что ж, рад знакомству, Питер. Прошу прощения, за некоторые неудобства. Бастиан вновь слегка улыбнулся, пожав руку новому знакомому. - Понимаю, было бы правильнее познакомить вас с нашим королем и королевой, но…Мы не можем этого сделать. Проговорил Бастиан, поглядев на Питера и его спутников уже более серьезным взглядом. - Видите ли, наш король Баррет – жестокий тиран и, увы, мои слова не преувеличение. Его жена королева Лорелей – могущественная колдунья и управляет всем, что делает король. При упоминании правителей Ориса, маг сильно помрачнел, но глубоко вздохнув, все же сумел вновь улыбнуться, не желая загружать и без того уставших гостей. – В общем, Вам очень повезло, что вы оказались здесь, а не...В подвалах королевского замка. А пока, думаю, Ломион проведет вас до палатки, где вы сможете спокойно перекусить и отдохнуть. Сказал волшебник, поглядев на лумрена и вновь перевел взгляд на гостей… - Одежду мы вам тоже предоставим. Конечно, не королевские платья, но все же хоть что то, а потом я расскажу вам обо всем подробнее. Бастиан вновь постарался изобразить приветливое выражение лица, но что-то внутри не давало покоя. Некое ощущение тревоги и даже в какой-то мере страха в глубине души, и причина этих ощущений выяснилась довольно скоро, потому как едва Бастиан успел поговорить с Питером, как в лагерь вернулась потрепанная боем группа воинов, которые сутками ранее отправились в столицу Ориса поднимать народ на очередной бунт против короля. На подобии носилок они несли тело того, кого волшебник не пожелал бы увидеть мертвым и в страшном сне… - Дамиан... Только и смог выдавить из себя Бастиан подбежав к носилкам, на которых лежал его лучший друг и соратник. Он был мертв… Волшебник сразу понял это как по лицам тех, кто нес Дамиана, так и по своим ощущениям. Сердце волшебника уже не билось, а его дух словно был «вне» тела. Бастиан молчал, положив руку на плечо Дамиана, с трудом сдерживая слезы. Лицо мага выражало лишь мужественную скорбь, но сердце внутри словно сковала боль. Казалось, в этот момент помрачнело даже небо, словно выдавая присутствующим внутреннее состояние мага. Увы, но на этой войне Бастиану пришлось научиться смирению с потерями, не выдавая свою боль, понимая, что для других Независимых отчаянье может оказаться страшнее смерти. Дамиан был дорог ему как брат…. Именно Дамиан, одним из первых поддержал идею Бастиана о начале борьбы против Баррета, и именно вместе с ним Бастиан в течение долгого времени боролся за свободу Ориса, собирая под свое «знамя» тех, кто нашел в себе силы и отвагу принять сторону Независимых. Конечно, по ходу дела между магами возникали разногласия. К примеру, Дамиан был сторонником более решительных действий, в то время как Бастиан предпочитал все обдумать и не лезть на рожон. В общем, между ними было немало отличий, но объединяло то, что каждый из волшебников желал наказать Баррета и королеву за все зло, что они принесли существам острова. Когда после одной из не удачных операций Дамиан предложил обратиться за помощью к лумренам, Бастиан неохотно поддержал эту идею, полагая, что от союза с «темными» ничего хорошего не выйдет но, понял, что сильно ошибся, увидев представителей народа двуликих в действии. С тех пор, Бастиан и Дамиан, пережили очень многое. От банальных потасовок с солдатами Баррета, до бунтов и побега из подвала королевского замка, раз, за разом спасая друг друга из самых тяжелых передряг. И теперь, когда лучший друг Бастиана лежал мертвым с окровавленной раной в груди, Бастиан понял, что остался один. Словно вместе с Дамианом ушла часть его собственной души. Люди Баррета и сам король убили многих друзей волшебника, но похоже, что с потерей Дамиана Бастиан не сможет смириться никогда… Прощай старый друг…Пусть Демиург укажет тебе путь в царство его… Мысленно попрощавшись с Дамианом, Бастиан провел ладонью по его лицу, закрывая глаза молодого мага. Клянусь, Баррет дорого заплатит за твою гибель…Глубоко вздохнув и, собрав в кулак все свое мужество Бастиан, повернулся к воинам, что принесли тело своего лидера в лагерь. – Не вините себя, друзья. Вы сделали все, что могли. Спокойным голосом проговорил маг, крепко сжав в руке свой посох и оглядев присутствующих. – Приготовьте костер. Сегодня вечером, мы проводим Дамиана с честью. Так уж повелось. На Орисе что магов не хоронят в земле, а вместо этого, тело сжигают на погребальном костре, отдавая дань уважения потомку древних и словно провожая его душу к звездам. Таких костров было немало в жизни Бастиана и сегодня ему предстоит провести самый тяжелый из них.

Artizar: - Ты слишком добрый король, - округлились глазища Артизар, когда она услышала о том, что Каспиану не нравится, когда к нему обращаются с титулом или считают его королем. В смысле, ему не не нравится, а скорее... Он как будто не делал различий между простым смертным и собой, когда окружающие его подданные наверняка положили бы за него головы. Интересно, пришло ли к Каспиану осознание этого? Бывал ли он на войнах? Но впервые в жизни сильфида помедлила с расспросами, как будто чувствовала, что такое задавать мужчине с мечом и суровым выражением глаз не стоит. По крайней мере, сейчас. Неужели в Артизар пробудилась тактичность? Кто бы мог поверить! Она не хотела что-то говорить, потому что была недостаточно долго знакома с человеком. Раньше ей это не мешало; а теперь она не имела желания лезть в душу. С такими мыслями энтузиазм девушки поутих, словно она предчувствовала что-то плохое. И действительно, уже столько лет на Орисе стоял дух смерти, однако же, теперь была война и жертв стало не пересчитать. А то, что про состояние войны знали немногие, ничего не меняло. Просто они еще никого не потеряли на этой безумной войне. Только пока не потеряли. Но вскоре Каспиан задал другой вопрос, и сильфида пришла в себя: - Ничего, - она медленно отходила от собственной задумчивости, когда тельмарин извинялся за свою отвлеченность, - Я, пожалуй, много говорю? - хихикнула Артизар, ощущая прежнюю забаву, - Софир живет неподалеку от палаток в северную сторону, - указала рукой, - Во-от на том большом дереве. Видите? Да-да, тот высоченный, огромнейший дуб. Впрочем, Софир недалеко ушла. - улыбнулась Арти и кивнула в сторону девочки. Пока Каспиан раздумывал над ее словами, в лагере раздался крик. Вернулись патрульные вместе с лидером, - обрадовалась Артизар и приготовилась покинуть с сияющим лицом собеседника, чтобы начать допросы прибывших, когда обнаружила, что Дэмиана несут на носилках. И, судя по минам сопровождающих лидера, он был уже далеко за гранью жизни. Мертв, проще говоря. Сильфида посмотрела на Каспиана, который тоже медленно наблюдал за процессией, а потом пробежалась по остальным лицам пришельцев. Каждый из них недоумевал, почему же Независимые так опечалены — да и сама девушка бы грустила. Когда и Бастиан склонился над мертвецом, по щеке светловолосой сбежала слеза. Она ее стремительно стерла. - Он был нашим лидером, - осведомила она Каспиана, а потом снова спряталась под длинными волосами, не желая, чтобы кто-то видел ее грустной. И не желая думать, что этот день, полный новых чудесных знакомств, могла омрачить чья-то смерть.

Lomion Tereva: - Да, конечно, - не придавая особого значения такому небольшому поручению от Бастиана, как проводить гостей до палаток, сразу же согласился Ломион и даже озадачился этим делом, предоставив предводителю самому дальше говорить с Питером. Указав остальным нарнийцам, представляющим собой пока что несколько растерянную толпу, на палатку, в которую принесли сухую одежду и на костёр, у которого группа местных уже готова была раздавать какую-то наскоро сваренную похлёбку в собранной по всему лагерю посуде, лумрен хотел было пойти снова на берег, чтобы поторопить оставшихся там людей – уж слишком его обеспокоили слова Бастиана о том, что из замка в эту сторону был направлен отряд, судя по всему, королевской стражи. Но уйти он не успел… Вошедшая в лагерь процессия изначально показалась Тэрэве не предвещающей ничего хорошего, но когда он увидел ЧЬЁ тело лежит на принесённых носилках и не подаёт признаков жизни… зрачки лумрена расширились чуть ли не на всю радужку глаза, которая начала перетекать в красный цвет – первая стадия его смены лика прошла непроизвольно, без контроля хозяина тела, которое, кстати говоря, кинулось в сторону мёртвого друга с рекордной скоростью, но… Ломион остановился не доходя до трупа Дэмиана пары метров, словно натолкнулся на стену, когда увидел рядом с ним Бастиана. - Дэм… - конечно, он понимал, что трупы разговаривать не умеют, и что никто уже не отзовётся на это обращение, но… поверить в это вот так сразу у него не получалось. Но всё же, в голосе прозвучали чуть ли не панические ноты, так не свойственные привычному всем окружающим мрачному, серьёзному и морально сильному Тэрэве. Растерянный взгляд обшарил лица всех окружающих, только Ломион и сам не знал, что хочет там увидеть… Как и не знал что делать дальше. Развернуться и уйти? Но оставлять даже мёртвое тело Дэмиана он не хотел. Да и куда бы он пошёл? Дэмиан был его единственным настоящим другом, потому что в своё время, шесть лет назад, когда они встретились при начале обучения на вторую ступень, он был единственным кто никогда не бросал на лумрена косых взглядов… и единственным, кто умудрялся втягивать Ломиона в свои неприятности и приключения. И, как ни странно, со временем Тэрэва даже перестал против этого возражать. И вот сейчас, когда он уже научился хоть с кем-то нормально общаться, этого кого-то… просто убивают на какой-то злосчастной вылазке? Из-за какого-то там короля-деспота и его жены-ведьмы?.. С ужасом, Ломион понял, что от таких мыслей и от закипающей где-то внутри ярости он окончательно теряет контроль над своей формой и что по лицу уже разбегаются тёмно-синие чешуйчатые дорожки, а руки уже полностью покрылись чешуёй и обзавелись когтями. Надо ли говорить, что демонстрация своей сущности посреди лагеря в его планы никогда не входила? Однако, сейчас он ничего не мог с собой поделать, потому что для этого требовалось как минимум успокоиться, а это просто не могло получиться. И вот сейчас-то, наверное, и стоило отойти куда-нибудь в сторону, может быть даже уйти совсем до тех пор, пока не сойдёт волна поднимающегося гнева, но с неожиданной уверенностью Ломион понял, что если сейчас так поступит, то больше уже никогда не вернётся к Независимым. Издав странный звук, походящий не то на рычание, не то на вой, лумрен сел на землю рядом с трупом и запустил когтистые лапы в ещё не исчезнувшую шевелюру, пытаясь заставить себя сидеть спокойно и сдерживать инстинкт, требующий сейчас прикончить хотя бы пару человек, желательно виновных в смерти друга.

Susan Pevensie: -Да Лу, это лучше чем ничего, - согласилась девушка и вздохнула, гораздо тише она добавила: - но все же я чувствую себя, словно в тюрьме. – то, что сестра услышала эти слова, Сьюзен уверена не была. Люси же сияла, предвкушая грядущие приключения, какими бы опасными они ни были. Что ж, это было в ее духе. И Сьюзен улыбнулась сестре в ответ, чтобы разделить с ней ее тягу к приключениям. Девушка прекрасно знала, что большинство из тех, кто пришел в лагерь, не считают ситуацию такой уж веселой, особенно так не считали сами «повстанцы». Ничего радостного в этом не находила и Сью, но была просто обязана поддержать сестру, в то время как они находились внутри неизвестного лагеря, среди неизвестных людей, которые были как-то странно были настроены. Больше всего пугала неопределенность. Кто и за что борется? Так ли на самом деле выглядит ситуация, описываемая лидерами этого движения? Действительно ли все имеет столь одностороннюю трактовку? Тираны, жертвоприношения… гражданская война. Сьюзен доводилось читать о гражданских войнах в Англии и Америке, и она понимала, что значит это ужасное словосочетание. Когда государство разделяется на два лагеря и сын готов убить отца. Волею судьбы нарнийцы оказались втянуты в эту войну и теперь должны были отстаивать интересы этого лагеря. -О, Аслан, что именно задумал ты на этот раз? – вслух прошептала девушка, поднимая глаза к небу. Произнеся его имя девушка почувствовала облегчение и спокойствие, словно бы ей только что сказали, что она чудесным образом оказалась в Нарнии, а не на этом мрачном острове. Когда же Сьюзен вновь «вернулась» к настоящему, покинув тихий уголок своего сознания, где таились самые волнительные мысли, она заметила, две вещи: сначала одну блондинку, которая забавно нарезала круги вокруг Каспиана, живо расспрашивая его о чем-то (по обрывкам ее бойкой и скорой речи Сьюз поняла, что разговор идет о происхождении короля) и другую, что разговаривала с Мадлен. Потом незнакомка и наяда стали удаляться. Однако следующее событие уже не было наполнено той размеренностью, что царила в лагере. Словно из ниоткуда появились несколько человек, они несли носилки, на которых лежал молодой мужчина. Судя по всему, он уже покинул этот мир. Сьюзен даже не заметила, как крепче сжала ладонь сестры, глядя на окровавленную рану в груди мужчины. Весь лагерь погрузился в пучину скорби и сильнее всего это отразилось на предводителе движения и лидере-проводнике. Сейчас Сьюз не могла вспомнить их имен. Девушка обняла Люси за плечо, словно стараясь защитить ее от чего-то или кого-то невидимого. И это было обоснованно: еще недавно их проводник, один из лидеров, что имел человеческий облик, теперь превратился в нечто пугающее, покрытое чешуей. Руки его прекратились в лапы. Существо издало пугающий вой. Пугающий, но в то же время пронизанный печалью и нестерпимой болью, поразившей его, когда он увидел мертвого друга. Сьюзен вздрогнула и на секунду закрыла глаза. За эту секунду она успела подумать, что лучше бы ничего этого не было. Потом ей захотелось что-нибудь сказать. Что-нибудь успокаивающее, но таких слов не находилось. Их просто не существовало. Слова никогда не помогают смириться с утратой.

Lucy Pevensie: Люси сделала вид, словно не услышала слова сестры, хотя это было не так. Она прекрасно все расслышала и поняла, просто не хотела говорить об этом сестре. Не хотелось акцентировать на этом внимание. Если Сьюзен чувствует себя так, значит, этому есть причины, но юная королева опасалась узнать об этих причинах. Ей не хотелось думать о том, что все может быть плохо. Не хотелось думать, что что-то пойдет не так, что что-то может произойти. Сейчас все казалось добрым и хорошим. Сейчас все показывало на то, что их ждут приключения. Конечно, они могут быть опасными, но не менее опасными, чем все их приключения вместе взятые. К тому же, они в любом случае будут интересными. А наши короли и королевы Нарнии столько раз справлялись с проблемами, что можно было заранее сказать, что все будет хорошо, что ничего особенного им не угрожает. Аслан всегда с ними, он всегда защитит их и поможет им, даже если они его не видят. Он всегда рядом. В любой, даже самой сложной ситуации. Лу, увидев улыбку сестры, засеяла еще больше. Она понимала, что сестра просто поддерживает ее, но для нее это было приятно. Какая тяжелая ситуация не была бы на этом острове, они смогут помочь. Потому что всегда и всем помогали. Люси верила Каспиану и Питеру. Если они согласились помочь местным повстанцам, значит так действительно правильно. Ее брат не может ошибиться. Он столько лет правил Нарнией, что теперь, наверное, очень легко может принять решение. Девочка верила ему. И Каспиану. Он тоже не могу ошибиться, не зря же Аслан сделал его королем Нарнии. Не зря ему поручили страну и народ. Он достоин, а значит, тоже может принять верное решение. Им двоим можно верить и полагаться на них. К тому же, раз они уже сказали, что помогут повстанцам, то ни волнение Сьюзен, ни какие другие факторы не повлияют на их мнение. Юная королева увидела, как несколько людей вносят мужчину, с раной в груди. Она почувствовала, как сжалось ее сердце, словно кто-то схватил его в кулак, а на глаза навернулись слезы. Люси не знала этого человека, но она не могла смотреть на смерть. Она не могла и не хотела видеть этого. Она чувствовала, что человек не заслуживает этого. Что эта смерть - ошибка, ошибка, которая не должна была произойти. Весь лагерь погрузился в скорбь. Видимо, для повстанцев этот человек был лидером и хорошим другом. Девочка уже не сдерживала свои слезы. Они текли по ее щеке, затем падая на пол и разбиваясь на миллиарды кристалликов. Королева даже не пыталась вытереть их, она знала, что это бесполезно. Когда девочка почувствовала, как сестра обняла ее за плечо, Люси прижалась к ней, обнимая ее, и прячась лицом в волосы, чтобы скрыть свои слезы. Девочка плакала, а ее тело вздрагивало. И даже хорошо, что она прижалась к сестре. Так она хотя бы не могла видеть, во что превратился один из лидеров местного движения. А это, наверное, было страшное зрелище. Люси чуть отодвинулась от сестры, глядя на нее заплаканными глазами. - С-с-со мной н-н-нет сока огне-огнецветика... я.. я бы на-наверное, смогла по-помочь ему... - и вновь девочка прижалась к сестре, сама не веря в свои слова. Она понимала, что даже будь с ней сок огнецветника, она не смогла бы помочь этому человеку, потому что смерть уже забрала его.

Taareth II: Мадлен, Софир - простите, что так надолго вас затормозила. Мне очень-очень совестно!.. Таарет благодарно улыбнулась Мадлен, взявшей на себя труд представить ее светловолосой девушке-лекарю. Но впервые за всю жизнь ей вдруг стало неловко слышать из чужих уст свой титул. В первый раз она захотела оказаться не "Таарет Второй, принцессой Тархистана", а, скажем, "Таарет". Просто, безо всяких упоминаний родства с королевской фамилией. И почему мне раньше в голову не пришла простая мысль представляться здесь просто именем, и предупредить других? От титула в конкретной ситуации нет никакой пользы: одни проблемы. Излишняя осторожность, излишняя холодность, излишние беспокойства. А как все было-бы просто! Но теперь уже поздно что-то менять. В силу своего недавнего пребывания в лагере, Таа не могла в полной мере оценить потерю пребывающих здесь людей, когда внесли носилки с погибшим воином. Только тень, словно пробежавшая по лицу их приветливой спутницы, заставила принцессу оглянуться еще раз. Да, одним человеком в лагере меньше...но идет война. Это неизбежно. И в который раз ей подумалось: "Во что мы ввязались?..А если следующим принесут кого-то из нас? А если Каспиана - что мы будем делать?! Он ведь не любит оставаться в стороне! О ужас...Да если следующей окажусь я - тоже хорошего мало. Хотя это как посмотреть...для меня все закончится, наконец. И к отцу возвращаться не придется..." Поддерживая Мадлен под руку, Таарет следом за ней прошла ближе к месту, где готовили большой костер, села на один из деревянных круглых чурбаков, заменявших стулья. Приняла из чьих-то рук пресную подкисленную воду, горсть диких ягод, завернутых в лист, лучок редиски и ломоть свежего хлеба. Желудок победной песней выразил свою радость при виде продуктов. - Спасибо, леди Софир, Вы очень добры и гостеприимны...дичь - это прекрасно, но, в целом, не обязательно. Впрочем, мы могли бы помочь и в ее добыче, и в приготовлении. Я устала чувствовать себя бесполезной...кстати, я перестану быть таковой, если кто-нибудь доверит мне метательные ножи. Король Каспиан может подтвердить, что с этим оружием я обращаюсь прекрасно. Южанка едва удержалась от смеха, вспоминая эпизод с импровизированными соревнованиями в меткости, когда она буквально пришпилила своего венценосного друга рубашкой к щитку, словно бабочку. Кажется, тогда он был даже больше рад за нее, чем она сама. Отщипнув хлеба, Таарет проглотила его, практически не жуя, и ответила на следующий вопрос. - Мы прибыли из Нарнии, страны на севере, населенной в какой-то мере больше легендами, нежели существами из плоти и крови. - здесь взгляд ее скользнул по королевам Сьюзен и Люси, стоявшим ближе всех из Певенси. Улыбнувшись своим мыслям, она продолжила: - Мое королевство располагается южнее, но ничего интересного в нем, к несчастью, нет. Пески, жара, и в то же время - много садов и много моря. На юге, полагаю, всегда все именно так, по велению природы. Скажите... А среди вас все наделены способностями, недоступными человеку? Или нет? И много таких? Сложно сказать, почему Таарет так интересовал этот вопрос, который она задавала за этот день уже трижды, но ей и в самом деле было не по себе. К нарнийским нимфам и говорящим животным она едва успела притерпеться, а тут - новые чудеса. С наслаждением вытянув ноги, девушка наклонилась и, ни секунды не колеблясь, распустила завязки шальвар у щиколоток, поддернула их до колена и принялась массировать ступни. Здешняя жизнь обещала быть насыщенной, богатой на перипетии и злоключения, и чиниться тут было, стало быть, не перед кем.

Edmund Pevensie : Сью, Лу, насколько я понял, парень умер не от физического ранения, а от магического истощения. Эдмунд и Изабел шли позади всех. Надо сказать, увлекаясь беседой они все время отставали и приходилось то и дело прибавлять шагу, дабы догнать остальных. Лес, по которому они шли, был совершенно дикий, Эд отвык от таких, вообще он слабо понимал, как Тэрэва и компания здесь ориентируются, ему это казалось невозможным. - Чтож, - по прошествии некоторого времени вновь заговорил парень, - Мы, попав сюда, скорее были поставлены перед фактом о том, что нам придется кому-то помочь. И это сделали не вы, а кое-кто ещё до нашей встречи. Пэвенси просто так в Нарнию попасть не могут. Ну и что, что это не Нарния? В этом мире помощь - их единственное предназначение. Своими словами он невольно завершил разговор на эту тему и больше они к ней не возвращались на протяжении всего пути. Эдмунд, до сих пор не имевший особо времени поразмышлять о причинах их путешествия сюда на этот раз, начал постепенно прокручивать в голове их прошлые приключения. И, стыдно признаться, искал там ответ совершенно на другой вопрос. Изабел. Почему её лицо, её манеры, речь, кажутся ему такими до боли знакомыми, будто они знали друг друга раньше, что в принципе исключено. Тяжело, тяжело давались воспоминания: все пережитое казалось сладким ярким сном, а потому и лиц, и имен было не припомнить. За думами Эдмунд заметно посерьезнел и как-то подозрительно притих, что было ему совершенно чуждо. Экстравертность в его характере наверняка успели заметить не только нарнийцы, но и новые знакомые с острова: своим шумным поведением он об этом им красноречиво поведал. И наконец, пришли. База у этих ребят, надо сказать, была что надо: Эд заметил её только когда оказался непосрественно на её территории, так хороша была она замаскирована. Речи Питера и нового болобола по имени Бастиан Эд вновь решил пропустить мимо ушей: все, что ему понадобится, он сможет выведать потом у кого-нибудь другого. Не было настроения. На время простившись с Изабел, он начал осторожно осматриваться, обращая особое внимание на поведение, быт местных. Сразу подметил, что мечи у них, в основном, тонкие и длинные, одноручные. Эдмунд же привык к классическим двуручным, увесистым. Но из этого проблему делать не стал, решил, что как-нибудь с этим делом разберется. Пока Эдмунд блуждал по Лагерю, из леса прибыла сомнительная компания вооруженных вояк с носилками. Ну, и, соответственно, трупом на них. Древний Король издали наблюдал за всем происходящим до этого, однако конкретный эпизод заинтересовал его, что не удивительно, гораздо больше, чем официальная болтовня его брата с предводителем всего этого санатория. - А что с ним случилось? - шепотом поинтересовался он у Изабел, которая вновь чудом оказалась рядом. Вот ведь бывает...

Peter Pevensie: офф: я прошу прощения за сие "творчество"... но голова разрывается, а совесть требует.. праздники... Видимо, на этом острове скучать путешественникам точно не придётся. А рассчитывать на спокойные "выходные" в ожидании починки судна - и подавно. Вот уже второй по счёту человек утверждает, что их король - тиран, сатрап и узурпатор... А его жена - мегера, ведьма и вообще страшная женщина. Невольно напрашивается вывод: приплыли... Причём, во всех смыслах этого слова... - Интересно, насколько сильно я ошибусь, если предположу версию, в которой всё уже продумано за нас? И это крушение, война "гражданская", - всё плохо. А тут такой презент - лишняя сила. Не хватало ещё бантиком обернуть. Ведь, как нам только что сказали, всё могло обернуться по другому. И сидели бы мы где-нибудь во мрачном подземелье, подсчитывая потери... - до мерзости скверные мысли заполнили голову Певенси. Он резко дёрнул головой. Со стороны это походило больше на нервный тик, чем на что-либо другое, в последних стадиях. - Может, я и впрямь с катушек съехал? - неподходящий вопрос. По крайней мере в данной ситуации. Хорошо, что от груза размышлений парня отвлёк Бастиан. Питер склонил голову набок. Наверное, не столько в качестве заинтересованного жеста, сколько из-за усталости. Не физической - факт. Но тем не менее, мысли были целиком и полностью сосредоточенны на происходящем. - Я не в восторге от идеи сразу же пойти отдыхать, так и оставшись в непосвящённой форме. Однако, вряд ли в таком состоянии удастся принять информацию адекватно. Чего уже говорить об анализе... - король кивнул и бросил взгляд на родных. Их, мягко скажем, испуганные лица, заставили насторожиться. Певенси проследил за взглядом сестёр и наткнулся на весьма грустную картину: несколько человек на самодельных носилках несли, уже явно, безжизненное тело. Вокруг тут же повисло молчание. Гробовое. По лицам местных жителей стало абсолютно ясно, что погибший далеко не враг и потеря эта велика. Хотя смерть, чья бы она не была, - огромная утрата. - Соболезную... - чуть хрипловатым голосом протянул Питер и медленно прошёл к девочкам, заметив, что для Люси данное зрелище далеко не из приятных. Ничего удивительного. Нужны стальные нервы, чтобы остаться равнодушным. Сам Питт предпочитал сталкиваться с подобным как можно реже. Рука скользнула по волосам девочки. Молодой человек выдавил приободряющую улыбку и про себя подчеркнул: - Сегодня не тот день, когда мне стоит вникать в дела политические...

Taareth II: Софир была занята - да и немудрено, каждому что-то требовалось от этой девушки, и даже на слова не оставалось времени. Отряхнув руки от крошек и ссыпав редиски в завязанный узлом подол, Таарет поднялась с поваленного ствола дерева и направилась от костра прочь - туда, где стояли несколько людей с потерпевшего крушение корабля. Ей не сиделось на месте, но на конструктивную деятельность в данный момент не хватало ни сил, ни фантазии...ни даже желания. Ну его, в самом деле, этот титул! Важные вопросы вполне успешно решаются другими. Сырая земля пружинила под босыми ногами. Принцесса шла, внимательно изучая тропу под ногами, опасаясь найти пяткой острую ветку или сонную змею... Peter Pevensie - Редиску? В поле зрения короля попала девичья рука в изумительных перстнях, но с грязными и обломанными ногтями, держащая пресловутую редиску. Таарет неизвестно когда успела отойти от костра и неизвестно с чего выбрала объектом интереса этого незнакомца. Буквально вложив овощ в руку парня, тархистанка заправила за уши пряди волос и словно бы невзначай встала рядом. Ей было интересно...эти четверо появились на корабле незадолго до крушения, и так вышло, что там, на палубе, их знали практически все - это немного нервировало. Ти не любила оставаться вне течения событий. - Король Питер, верно? Я - Таарет Вторая...печально составлять знакомство в такой обстановке, но, думаю, в дальнейшем это будет еще более неуместно. Судя по разговорам, наше путешествие приобретает драматические черты...так не стоит ли отвлечься на импровизированный обед? Костер потрескивал поленьями невдалеке, и оставался еще хлеб, который можно было поджарить, и вода, и коренья. Таарет сунула руки в карманы и еще раз окинула изучающим взглядом Питера, задержавшись на льняных растрепанных волосах. Совсем не похож на...нарнийцев? Да что там. Вообще ни на кого из знакомых мне людей не похож. Или, может, это из-за его манеры держаться? Интересно все же, откуда он и его спутники взялись на корабле и как это случилось? Выглядело так, словно их появление и приманило эту беду. Если это так - то почему мне все еще хочется свести с ним знакомство? Хм, интересно, что из этого выйдет?...

Ylaine: Когда случилось кораблекрушение, Илэйн была в трюме корабля. Вопрос о том, что именно она там делала, так и остался без ответа даже для самой девушки. Но если этого не знает Илэйн, это вовсе не значит, что мы не сможем на него ответить... Илэйн пряталась. Да-да, именно пряталась, избегая встречи с королем Питером. Увидев его на корабле, девушка побледнела как полотно и убежала - она даже не нашла в себе силы подойти к нему и заговорить. С тех пор все плавание Илэйн проходило в трюме в компании ее куницы, лишь иногда она выходила на палубу - а именно, когда была точно уверена в отсутствии на оной царственного объекта ее мечтаний. На берег Илэйн выбралась самой последней. Сначала она долго пыталась понять, куда ей идти; ("все же почти слепой девушке было не место на корабле", - не раз думала она). Все же нарнийка решила мужественно переносить все тяготы пути и поэтому, собрав волю в кулак и поборов начинающийся приступ истерии, Илэйн двинулась вперед - туда, откуда слышались голоса. Щурясь, она смогла разглядеть впереди себя людей и пошла за ними следом и это привело ее в лагерь Независимых. Вокруг все только и говорили, что о новоприбывших и еще о чем-то, но Илэйн не понимала о чем именно и поэтому не особенно прислушивалась. Самый лучший способ выяснить, что происходит - это сесть у костра. Именно это и сделала девушка – села просохнуть у костра и послушать происходящее. У ног ее преданно свернулась куница. -Смотри, не подпали свою чудесную шубку, - шепнула Илэйн с улыбкой своему зверьку. Желудок предательски урчал от голода и, девушке казалось, что это слышат все окружающие.

Bastian: офф...прошу прощения за задержку...и сие "творение" Бастиану было тяжело смотреть на Ломиона, который даже перевоплотился от избытка боли и ярости. Маг чувствовал себя виноватым в случившемся, но понимал, что винить себя и впадать в отчаянье ни в коем случае нельзя. Первым делом нужно было успокоиться и успокоить друзей и прежде всего Ломиона, которому в силу своей природы с трудом удавалось сдерживать эмоции. Бастиан понимал, что вряд ли сейчас найдется хоть одно слово, способное успокоить Тэрэву и потому пустил в ход одно из своих умений, которое сродни тому, чем от природы владеют сильфы. Успокойся, Ломион… Уйми свой гнев.… Мысленно произнес Бастиан, подойдя ближе к сменившему облик лумрену и дотронувшись до его чешуйчатого плеча, послал волну магической энергии, которая должна была принести хотя бы временный покой в душу. Маг не боялся лумрена. Он прекрасно понимал его состояние и старался хоть как-то поддержать Ломиона и остальных, хотя и у самого было огромное желание явиться в замок Баррета и разнести там все в прах…. К сожалению, рассудительность и понимание слишком большого перевеса в силе делали это желание, рожденное во внутреннем порыве гнева неосуществимым… - Обещаю, придет время, и ты отомстишь Баррету за его смерть. Но сейчас мы должны держаться вместе. Проговорил Бастиан, уже вполголоса и немного отойдя от Тэрэвы, повернулся к остальным. – Друзья, Дамиан был отважным воином и способным магом. Сегодня он принял бой и погиб свободным, отдав жизнь за всех нас. Говорил маг, вдумчивым и спокойным взглядом, оглядев всех присутствовавших. - Великий Демиург послал нам тяжелое испытание, но дал и надежду. Голос мага звучал уверенно и абсолютно спокойно. Он понимал, что на войне без потерь не бывает. Просто действительно тяжело терять лучшего друга. - Для всех нас он навечно останется другом и мы должны продолжить борьбу, потому что если сдадимся сейчас, то предадим все то, ради чего боролся Дамиан и другие ушедшие. Взгляд Бастиана скользнул по палаткам и тем местам, где находились пришельцы. Маг понимал, что гости из-за моря не решат всех проблем, что по воле короля свалились на головы жителей Ориса, но очень надеялся, что они правильно поймут положение Независимых и у движения появиться шанс выстоять против Баррета.



полная версия страницы